ГК 168

Новая редакция Ст. 168 ГК РФ

1. За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

2. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Комментарий к Ст. 168 ГК РФ

Данная сделка является недействительной (ничтожной), поскольку порочна по содержанию. Комментируемая статья является общим правилом и применяется вместе с иным законом или правовым актом, с нарушением которых совершается сделка. Например, п. 3 ст. 572 ГК (дарение), п. 2 ст. 618 ГК (субаренда) и др. Статья 168 ГК применяется и в том случае, если закон или правовой акт не содержит прямого указания на ничтожность сделки, но совершенная сделка противоречит положениям закона или правового акта.

Судебная практика.

Сделка приватизации государственного и муниципального имущества, совершенная с использованием незаконных средств платежа, является ничтожной, поскольку акции не являются законным средством платежа и в соответствии с п. 2 ст. 29 Федерального закона о приватизации использование при приватизации государственного и муниципального имущества незаконных средств платежа является основанием для признания сделки приватизации недействительной на основании ст. 168 ГК (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21.02.2001 N 60).

Другой комментарий к Ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. Комментируемая статья устанавливает общее правило о ничтожности сделки, противоречащей закону или иным правовым актам. Эта норма применяется ко всем случаям, когда содержание и правовой результат сделки противоречат требованиям закона или иных правовых актов, за исключением случаев, когда закон устанавливает, что такая сделка оспорима, или предусматривает иные последствия нарушения (например, ст. ст. 174 — 180 ГК РФ).

Таким образом, новый ГК сохранил преемственность по отношению к ГК 1964 г. в части подхода к последствиям нарушения требований законодательства при совершении сделок. По-прежнему последствием такого нарушения остается по общему правилу ст. 168 ГК ничтожность сделки, и лишь в специально предусмотренных законом случаях последствием этого нарушения оказывается ее оспоримость. Представляется, что целям гражданско-правового регулирования в большей степени соответствовала бы обратная ситуация, поскольку в этом случае судьба сделки, совершенной с нарушением требований законодательства, оказывалась бы по общему правилу поставлена в зависимость от свободного усмотрения тех участников гражданского оборота, чьи права и интересы затронуты соответствующим нарушением, а автоматически влекли бы недействительность сделки лишь специально предусмотренные законом наиболее «тяжкие» нарушения.

2. Применение ст. 168 основано на объективном критерии — противоречии сделки требованиям законодательства, поэтому наличие или отсутствие вины сторон не имеет юридического значения для применения этой статьи. Несоответствие требованиям законодательства само по себе является достаточным основанием для констатации факта ничтожности сделки. Последствием недействительности сделки в данном случае является двусторонняя реституция (ст. 167 ГК РФ).

3. Относительно непротиворечия сделки закону или иным правовым актам следует обратить внимание на то, что в соответствии с п. п. 2, 6 ст. 3 ГК под законами в ГК понимаются сам ГК и принятые в соответствии с ним иные федеральные законы, а под иными правовыми актами — указы Президента РФ и постановления Правительства РФ. Другие нормативные акты, например акты министерств и иных федеральных органов исполнительной власти (инструкции, приказы, положения и т.п.), а также акты органов субъектов РФ и органов местного самоуправления, к законам и иным правовым актам ст. 3 ГК не относит. Поэтому сопоставление текста ст. 3 и ст. 168 может дать основания полагать, что нарушение требований таких нормативных актов не влечет недействительность сделки.

Расширительное толкование выражения «закон или иные правовые акты» представляется недопустимым, поскольку недействительность сделки — это гражданско-правовая санкция за совершение правонарушения субъектами гражданского оборота, и расширительное толкование указанного выражения влекло бы возможность применения к участникам гражданского оборота санкций, не основанных на прямом указании закона.

Согласно п. 7 ст. 3 федеральные органы исполнительной власти могут издавать акты, содержащие нормы гражданского права, лишь в случаях и пределах, предусмотренных ГК, другими законами и иными правовыми актами. Отсюда следует, что установление министерствами и ведомствами гражданско-правовых норм должно иметь своим основанием прямое указание закона (п. 2 ст. 3) или иного правового акта (п. 6 ст. 3) и не выходить за предусмотренные им пределы.

Только в этом случае несоответствие сделки такой норме, а вместе с ней и нормативному акту министерства или ведомства, в котором она установлена, может оказаться основанием для признания сделки недействительной в порядке ст. 168, поскольку в этом случае непосредственное несоответствие сделки нормативному акту министерства или ведомства одновременно оказывается ее опосредованным несоответствием закону или иному правовому акту, которым предусмотрено издание соответствующего нормативного акта.

Поэтому при рассмотрении требований о признании сделки недействительной в связи с ее несоответствием нормативному акту министерства или ведомства задача суда — установить, относится ли такой нормативный акт к актам, о которых идет речь в п. 7 ст. 3, и лишь в случае положительного ответа на этот вопрос признавать сделку недействительной по правилам ст. 168 в связи с ее несоответствием конкретному закону или иному правовому акту в совокупности с корреспондирующим ему нормативным актом министерства или ведомства.

В связи с затронутым вопросом представляет интерес Постановление Президиума ВАС РФ от 12 сентября 2000 г. N 6278/98, 6288/98 (Вестник ВАС РФ. 2000. N 12), которым было отменено решение суда первой инстанции, признававшего недействительными договоры купли-продажи золотых слитков, где в качестве покупателя выступал банк, а в качестве продавца — ювелирный завод.

Решение суда первой инстанции о признании договоров недействительными было мотивировано тем, что согласно п. п. 1.2 и 1.4 действовавшей в период заключения договоров Инструкции Министерства финансов РФ от 4 августа 1992 г. N 67 (БНА РФ. 1993. N 3) предприятия, независимо от формы собственности, осуществляющие любые операции с драгоценными металлами и камнями, обязаны были зарегистрироваться в соответствующей территориальной государственной инспекции пробирного надзора, а поскольку банк-продавец такой регистрации не прошел, то им нарушены порядок совершения сделок с драгоценными металлами, установленный Правительством РФ, и, следовательно, требования Закона о валютном регулировании и валютном контроле.

Президиум ВАС РФ указал, что при применении правил названной Инструкции к спорным правоотношениям судом первой инстанции не учтен предмет ее регулирования, так как она является специальным нормативным актом, устанавливающим порядок получения, расходования и хранения драгоценных металлов, драгоценных камней и изделий из них, т.е. Инструкция устанавливает внутренние правила работы с драгоценными металлами и камнями для предприятий, учреждений и организаций и не содержит положений, регулирующих гражданский оборот этих видов имущества. Несоблюдение предусмотренных ею правил влечет лишь административную ответственность для должностных лиц предприятий, учреждений и организаций.

В сравнительно скором времени можно ожидать появление судебных споров о недействительности сделок, совершенных после 1 сентября 2013 года. То есть после вступления в силу изменения редакции ст. 168 ГК РФ Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации».

Как известно, изменение ст. 168 ГК РФ состоит в том, что введена презумпция, в соответствии с которой сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является по общему правилу оспоримой, а не ничтожной. Ранее презумпция была обратной: если иное не установлено законом, недействительная сделка являлась ничтожной, и к этой презумпции ничтожности привык и законодатель, который нередко предусматривал норму о недействительности определенного условия (сделки), не уточняя вид недействительности, и высшие суды (включая ВАС РФ).

При этом в практике ВАС РФ есть правовые позиции (конструкции) касательно недействительности сделок, правовой эффект которых основан именно на презумпции ничтожности сделки, противоречащей закону.

Сейчас же эта система недействительности сделок перевернута с ног на голову. Изменив базовую статью 168 ГК РФ, законодатель не удосужился скорректировать имеющийся массив норм о недействительности сделок, который был наработан за последние 20 лет и который основан на презумпции ничтожности недействительной сделки.

По существу, частью этого массива являются и разъяснения Высших судов, в том числе и ВАС РФ. И как представляется, в скором времени встанет вопрос как их применять в новой реальности?

Попытаюсь проиллюстрировать это на следующих примерах.

А). Конструкция недействительности «ст. ст. 10 и 168 ГК РФ»: злоупотребление правом является основанием недействительности (ничтожности) сделки.

Подтверждающие акты Пленума и Президиума ВАС РФ:

— Постановление Президиума ВАС РФ от 20.05.2008 N 15756/07 по делу N А40-72598/05-19-458;

— пункты 9 и 10 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127. В последнем пункте содержится прямое указание на ничтожность;

— Постановление Президиума ВАС РФ от 26.02.2013 N 12913/12 по делу N А27-15517/2011;

— Постановление Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11 по делу N А56-6656/2010″. Содержится указание на ничтожность;

— Постановление Президиума ВАС РФ от 12.07.2011 N 18484/10 по делу N А21-12778/2009. Содержится указание на ничтожность;

— Постановление Президиума ВАС РФ от 30.11.2010 N 10254/10 по делу N А45-808/2009. содержится прямое указание на ничтожность.

Приведенный перечень актов ВАС РФ демонстрирует широкое применение названной конструкции. Ее цель – возможность ничтожить сделки «противные добрым нравам» (аморальные и откровенно мошеннические сделки) без применения конфискационных санкций, установленных в прежней редакции ст. 169 ГК РФ.

Ныне изменены и ст. 168 ГК РФ, и ст. 169 того же Кодекса. В связи с этим мыслимы следующие варианты применения данной конструкции.

1). Не применять ее вовсе, поскольку ее цель может быть реализована через применение ст. 169 ГК РФ в новой редакции.

Впрочем, для единообразной реализации этого варианта целесообразно принятие ВАС РФ специального разъяснения, поскольку даже если не брать в расчет постановления Президиума ВАС РФ по конкретным делам, Информационное письмо № 127 и Постановление Пленума ВАС РФ N 63 собственно никто не отменял. Поэтому исключать применение «ст. ст. 10 и 168 ГК РФ» нельзя, благо использование этой конструкции в контексте изменения ст. 168 ГК РФ предоставляет новые возможности, о чем пойдет речь чуть ниже.

2). Квалифицировать сделки, совершенные со злоупотреблением правом, как сделки, посягающие на публичные интересы и (или) права третьих лиц (п. 2 ст. 168 ГК РФ в новой редакции, в которой сохраняется «прежняя» презумпция ничтожности недействительной сделки для таких случаев).

Но возможна ли такая квалификация во всех случаях?

3). Применять данную конструкцию в контексте изменения ст. 168 ГК РФ, то есть исходить из того, что сделка, совершенная со злоупотреблением правом или с целью злоупотребить правом – оспоримая.

В таком случае риски от злоупотребления правом существенно снижаются, в частности по той причине, что для оспоримых сделок предусмотрен сокращенный годичный срок исковой давности.

Хотя приведенные данные несколько грубы (лицо узнает о нарушении своего права не в момент принятия решения суда первой инстанции), однако и их достаточно, чтобы заметить, что приведенные в таблице сроки явно превышают 1 год. То есть применение данной конструкции скорее исцеляет злоупотребление правом, чем противодействует ему.

То есть после 1 сентября 2013 года (и для отношений, возникших после этой даты) использование конструкции «ст. ст. 10 и 168 ГК РФ» влечет совершенно иные последствия, что были ранее.

Б). Ничтожность штрафа за односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг

Подтверждающие акты Президиума ВАС РФ:

— Постановление Президиума ВАС РФ от 07.09.2010 N 2715/10 по делу N А64-7196/08-23;

— Постановление Президиума ВАС РФ от 17.01.2012 N 11292/11 по делу N А40-135169/10-34-1164.

Правовая позиция Президиума ВАС РФ сводится к тому, что в договоре возмездного оказания услуг не могут быть установлены ограничения на право одностороннего отказа от исполнения договора, в том числе штрафные санкции за такой отказ по причине императивности ст. 782 ГК РФ, из смысла которой, в частности, следует, что отказ заказчика от исполнения договора возможен в любое время: как до начала исполнения услуги, так и в процессе оказания услуги.

Оставляя за скобками оценку рассматриваемой Президиумом ВАС РФ правовой позиции можно также заключить, что для отношений возникших после 1 сентября 2013 года ее последствия также должны измениться.

1. Условие договора возмездного оказания услуг о неустойке за отказ стороны договора от его исполнения является оспоримым, а не ничтожным условием.

2. Применение позиции Президиума ВАС РФ возможно уже с ограничениями, установленными новой редакцией ст. 166 ГК РФ

Норма права

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли

(абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ в действующей редакции).

К примеру, заказчик, заключая договор возмездного оказания услуг, должен ознакомиться с содержанием договора. Также предполагается его знание ГК РФ (для предпринимательских отношений точно). Позиция Президиума ВАС РФ основана на том, что стороны обязаны знать императивные положения закона (ст. 782 ГК РФ) и могут самостоятельно оценить недействительность спорного условия соглашения. Следовательно, есть основания утверждать, что заказчик, проявляя свою волю на заключение договора должен знать о том, что условие о штрафе за отказ от договора противоречит ст. 782 ГК РФ и, следовательно, лишается права на оспаривание этого условия.

Суждение, в некоторой степени, абсурдное, но имеющее право на жизнь, и при использовании такого способа толкования ст.ст. 166 и 782 ГК РФ применение позиции Постановления N 2715/10 представляется маловероятным.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки

(п. 5 ст. 166 ГК РФ в действующей редакции).

Здесь, как представляется, имеет место существенное ограничение для применения правовой позиции Постановления N 2715/10. Поскольку после заключения договора возмездного оказания услуг, например, заказчик, вероятнее всего исполняет договор (например, оплачивает аванс, выдает доверенность на представительство, предоставляет исполнителю документацию, необходимую для оказания услуг, принимается отдельные этапы услуг).

Собственно, условие о штрафе за отказ от договора он, скорее всего, будет ставить под сомнения только после отказа заказчика от договора и требования исполнителя об уплате штрафа. То есть до этого момента поведение заказчика вероятнее всего будет демонстрировать его согласие с действительностью договора в целом и условия о штрафе в частности (о чем могут свидетельствовать в частности само заключение договора и исполнение договора).

В таком случае применение позиции N 2715/10 стоит под вопросом.

Таким образом, применение правовой позиции президиума ВАС РФ о ничтожности штрафа за односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг для отношений, возникших после 1 сентября 2013 года, как минимум, крайне затруднительно.

Исходя из приведенных примеров, возникают следующие вопросы:

1. Становится ли весь массив разъяснений Высших судов (за исключением позиций об оспоримых сделках) бесполезным для отношений, возникших после 1 сентября 2013 года?

2. Могут ли применяться правовые позиции Высших судов к отношениям, возникших после 1 сентября 2013 года, если в результате изменения ст. 168 ГК РФ правовые последствия применения этой позиции становятся иными (а то и прямо противоположными), чем те последствия, которые имел в виду Высший суд?

1. За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

2. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

1. Комментируемой статьей устанавливается презумпция ничтожности сделки, если ее оспоримый характер не следует из указания закона. Сделка как правомерное действие должна соответствовать требованиям и федеральных законов, и иных нормативных правовых актов (согласно ст. 3 ГК РФ к иным правовым актам относятся указы Президента РФ и постановления Правительства РФ, акты федеральных органов исполнительной власти не входят в этот перечень). В противном случае она является ничтожной. Таким образом, в законодательстве содержатся не все возможные юридические составы недействительных сделок. При отсутствии специального указания на недействительность если тем не менее сделка не соответствует требованиям нормативных правовых актов, то она является ничтожной в соответствии с положениями настоящей статьи.

Нарушение не только императивных норм гражданско-правового характера, но и иных норм, в том числе публично-правовых, влечет применение норм настоящей статьи, не ограничивая применения мер уголовной, административной ответственности. Так, например, согласно ст. 131 Таможенного кодекса РФ никто не вправе пользоваться и распоряжаться товарами и транспортными средствами, по которым не завершено таможенное оформление, за исключением случаев, предусмотренных упомянутым Кодексом и нормативными актами таможенной службы.

2. В правоприменительной практике возникают проблемы конкуренции общего положения настоящей статьи и специальных норм о недействительности сделок. Так, в частности, Постановлением Пленума ВАС РФ от 14 мая 1998 г. N 9 «О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок» разъясняется, что положения ст. 174 ГК РФ не применяются в случаях, когда орган юридического лица действовал с превышением полномочий, установленных законом. В указанных случаях надлежит руководствоваться ст. 168 Кодекса.

Подлежат применению нормы настоящей статьи и в том случае, если полномочия органа юридического лица определены в учредительных документах в соответствии с требованиями иного правового акта, принятого до введения в действие части первой ГК РФ, и орган юридического лица совершил сделку за пределами установленных полномочий, при этом нормы ст. 174 ГК РФ не применяются. В случаях же, когда сделка совершена органом юридического лица в соответствии с полномочиями, установленными иным правовым актом, при наличии ограничений в учредительных документах подлежит применению ст. 174 Кодекса . В связи с этим сделки, по которым произведена передача другим лицам товаров и транспортных средств, в отношении которых не было завершено таможенное оформление, являются ничтожными .

———————————
Вестник ВАС РФ. 1998. N 7.

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 17 июня 1996 г. N 5 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением таможенного законодательства» // Закон. 1997. N 9.

Общим последствием недействительных сделок, как ничтожных, так и оспоримых, является двусторонняя реституция (п. 2 ст. 167 ГК). Иные последствия недействительности сделки также могут быть предусмотрены законом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *