Моральный вред от преступления

«Институт рассмотрения гражданского иска в уголовном деле является наиболее эффективным механизмом безотлагательного решения вопроса о возмещении вреда, причиненного потерпевшему преступлением, — пояснил председатель Правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев. — Подобный иск рассматривается в рамках судебного разбирательства по уголовному делу. Такая система направлена на реализацию конституционных гарантий лиц, пострадавших от преступления, на доступ к правосудию и возмещение причиненного ущерба. Жертвам преступлений не приходится затевать отдельный процесс уже после вынесения приговора и отдельно решать вопросы, связанные с компенсациями».

Он отметил, что по данным Судебного департамента при Верховном суде России, за год судами было взыскано с осужденных в пользу пострадавших граждан более 5,9 миллиарда рублей в качестве компенсации вреда, причиненного хищениями.

«Подготовленные разъяснения Верховного суда помогут судам повысить защиту прав потерпевших. Помимо прочего, разъяснения подтверждают право жертв преступлений требовать компенсации не только материального, но и морального вреда. Напомню, что в Ассоциации юристов России действует комиссия, разрабатывающая критерии определения размеров компенсаций морального вреда», — рассказал Владимир Груздев.

В частности, как уточняет Верховный суд, компенсация морального вреда должна учитывать материальное положение виновного. «При разрешении исков о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда судам при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску», — говорится в проекте.

Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, — подчеркивает Верховнвй суд. Кроме того, он обращает внимание на то, что при установлении судом противоправности или аморальности поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, это обстоятельство может быть учтено при определении размера компенсации ему морального вреда в сторону снижения суммы выплаты.

«Принятие постановления вызвано накопившимися вопросами о многочисленных особенностях и деталях производства по гражданскому иску в рамках уголовного дела. Предыдущие разъяснения приняты еще во времена СССР и не отвечают текущим реалиям, — сказал адвокат Вячеслав Голенев. — Большинство разъяснений имеют практический и полезный характер».

Р Е Ш Е Н И Е

г. Юрга Кемеровской,

Юргинский городской суд Кемеровской области

в с о с т а в е:

председательствующего судьи С.,

при секретаре Т.,

с участием:

истца Ч.,

представителя третьего лица К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ч. к П. о возмещении морального вреда, причиненного преступлением,

У С Т А Н О В И Л:

Истец Ч. обратился в суд с иском к ответчику П. о возмещении морального вреда, причиненного преступлением.

Исковые требования мотивированы следующим.

Моральный вред истцу причинен преступными действиями ответчика П.

В органах внутренних дел истец проходит службу с по настоящее время.

Приказом Межмуниципального отдела МВД России «Юргинский» был назначен на должность *** *** Межмуниципального отдела МВД России «Юргинский».

29.01.2019 года в отношении истца ответчиком было совершено преступление, предусмотренное ч. ст. 318 УК РФ (угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей) при следующих обстоятельствах:

29 января 2019 года около 13 часов 50 минут П. будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в общественном месте – на улице, около ***, действуя умышленно, с применением металлического серпа, как предмета, используемого в качестве оружия, совершил угрозу применения насилия в отношении истца, представителя власти, *** Межмуниципального отдела МВД России «Юргинский» ***, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей по проведению профилактического обхода на закрепленном за ним административном участке, по оказанию содействия сотрудникам подразделений органов внутренних дел, при следующих обстоятельствах:

П., будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился по месту своего проживания – в ***. В это время в указанную квартиру прибыл истец, одетый в форменное обмундирование сотрудника полиции МВД РФ, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, совместно с инспектором *** П.Н.О., проводил профилактический обход закрепленного за ним административного участка территории обслуживания отдела полиции «Сельский» МО МВД России «Юргинский» – *** в состав которого, в том числе, входит ***.

После того, как истец с инспектором *** П.Н.О. вышли из названной квартиры и стали проводить профилактическую беседу с Б. П. также вышел на улицу, подошел к истцу Ч., одетому в форменное обмундирование сотрудника полиции МВД РФ и стал препятствовать осуществлению служебной деятельности истца и инспектора *** П.Н.О., а также требовать, чтобы указанные должностные лица прекратили проводить профилактическую беседу с Б. В ответ на высказывания П. истец, исполняя свои должностные обязанности, потребовал, чтобы П. прекратил вмешиваться в его служебную деятельность и прекратить препятствовать осуществлению им своих должностных обязанностей. На что у П., не желавшего подчиняться законным требованиям истца, возник преступный умысел, направленный на совершение угрозы применения насилия в отношении представителя власти находящегося при исполнении своих должностных обязанностей сотрудника полиции Ч., с применением металлического серпа, как предмета, используемого в качестве оружия.

После чего, ответчик П. во исполнение своего преступного умысла вернулся в помещение вышеуказанной квартиры, где взял металлический серп с деревянной рукоятью, с которым вышел на улицу, где *** около 13 часов 50 минут, продолжая находиться на улице, около ***, осознавая, что истец, одетый в форменное обмундирование сотрудника полиции, является представителем власти, исполняющим свои должностные обязанности, с целью воспрепятствования законным действиям полицейского, действуя умышленно, удерживая серп в своей правой руке, угрожая применением насилия в отношении истца Ч., с применением металлического серпа, как предмета, используемого в качестве оружия, умышленно направил клинок этого серпа в сторону истца, а затем, подойдя ближе к истцу, умышленно стал размахивать перед последним клинком серпа, направленным в сторону истца, а также умышленно словесно высказал в адрес истца, одетого в форменное обмундирование сотрудника полиции, являющегося представителем власти, исполняющим свои должностные обязанности, угрозу порезать его этим серпом, то есть угрозу применения к нему насилия.

С учетом сложившихся обстоятельств, агрессивного поведения находящегося в состоянии алкогольного опьянения П. и применения последним серпа, как предмета, используемого в качестве оружия, истец угрозу применения П. к нему насилия воспринял реально, поскольку имелись все основания опасаться осуществления этой угрозы. После этого, истец отошел на безопасное расстояние от П., а П. вернулся по месту своего проживания – в ***.

П. свою вину в предъявленном обвинении признал полностью.

Юргинским городским судом Кемеровской области вынесен обвинительный приговор (дело *** (***), П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ (угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей), ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 02 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Приговор вступил в законную силу.

Согласно ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита прав и свобод. Права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации). Сотрудник органов внутренних дел не является исключением.

Служба в органах внутренних дел — особый вид государственной службы, отличающийся рядом специфических особенностей, однако особый правовой статус сотрудника полиции ни в коем случае не предполагает применение насилия в отношении сотрудника, причинение ему телесных повреждений и оскорблений.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства (ст. 2); каждый имеет право на жизнь (ст. 20); право на жизнь и охрана здоровья относятся к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите (ст. 41); Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. 7).

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страдании, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из содержания ч. 1 ст. 42 УПК РФ, потерпевший при рассмотрении судом уголовного дела по существу имеет право на компенсацию морального вреда, если вред был причинен преступлением. По иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства (ч. 4 ст. 42 УПК РФ).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Указанными умышленными действиями ответчика были нарушены личные нематериальные блага (жизнь, здоровье, честь и достоинство, доброе имя) истца, был причинен моральный вред в виде нравственных страданий. Вина ответчика в причинении истцу противоправными действиями физических и нравственных страданий установлена вышеуказанным приговором суда. Нравственные переживания истца выразились в посягательстве на его достоинство личности, на честь и доброе имя как человека, мужчины, сотрудника полиции при исполнении служебных обязанностей, истец был морально подавлен, переживал после случившегося по поводу возмутительного и необоснованного поведения П. по отношению к представителю органа власти.

Имущественное положение ответчика судом не может учитываться при определении размера причитающейся компенсации морального вреда, поскольку, как установлено приговором суда, моральный вред истцу был причинен умышленными действиями ответчика П.

Причиненный истцу указанными виновными умышленными действиями П. моральный вред истец оценивает в сумме 10 000 рублей. Данный размер считает соответствующим требованиям разумности и справедливости, практике Кемеровского областного суда.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика П. в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Истец Ч. и представитель третьего лица К, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить.

Ответчик П. извещенный надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, возражений по заявленному иску не представил.

Выслушав мнение истца, представителя третьего лица, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к выводу о том, что исковые требования Ч. подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

На основании части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении», принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Судом установлено, что истец проходит службу в органах внутренних дел с *** по настоящее время. Данный факт подтверждается удостоверением и справкой МО МВД России «Юргинский»

Приговором Юргинского городского суда Кемеровской области П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ (угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей), ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 02 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Приговор вступил в законную силу 28.05.2019 года (л.д. 40-44).

В ходе рассмотрения уголовного дела установлено, что П. умышленно, с применением металлического серпа, как предмета, используемого в качестве оружия, совершил угрозу применения насилия в отношении представителя власти – *** Межмуниципального отдела МВД России «Юргинский» *** Ч, находящегося при исполнении им своих должностных обязанностей.

Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, ответчиком суду не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Суд считает, что факт причинения истцу морального вреда нашел подтверждение в судебном заседании, так как в судебном заседании установлено, что вышеуказанными умышленными действиями ответчика были нарушены личные нематериальные блага (жизнь, здоровье, честь и достоинство, доброе имя) истца, был причинен моральный вред в виде нравственных страданий. Вина ответчика в причинении истцу противоправными действиями нравственных страданий установлена вышеуказанным приговором суда. Нравственные переживания истца выразились в посягательстве на его жизнь, здоровье, достоинство личности, на честь и доброе имя как человека, сотрудника полиции при исполнении служебных обязанностей.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что в результате противоправных действий истцу был причинен моральный вред, выразившийся в угрозе применения насилия, публичном оскорблении чести и достоинства личности, сотрудника полиции, находящегося при исполнении служебных обязанностей.

Доказательств возмещения причиненного истцу морального вреда ответчиком суду не представлено.

Имущественное положение ответчика судом не может учитываться при определении размера причитающейся компенсации морального вреда, поскольку, как установлено приговором суда, моральный вред истцу был причинен умышленными действиями ответчика П.

Оценивая степень нравственных или физических страданий, с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, степени тяжести перенесенных потерпевшим страданий, а также степени вины ответчика, требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что с П. в пользу Ч. подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в размере 10 000 рублей.

Так как истец на основании подпункта 4 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобожден от уплаты государственной пошлины государственная пошлина на основании ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ взыскивается в доход местного бюджета с ответчика.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ сумма государственной пошлины, подлежащая взысканию с ответчика в доход местного бюджета, составит 300 рублей.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Ч. к П. о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить.

Взыскать с П. в пользу Ч.: денежную компенсацию морального вреда в сумме 10 000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с П. в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Юргинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

ОБЩИЕ ОСНОВАНИЯ ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ПРЕСТУПЛЕНИЕМ

Конституция Российской Федерации в ст. ст. 46 и 52 гарантирует охрану прав потерпевших от преступлений, обеспечение им доступа к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Требование о защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, включает в себя устранение преступных последствий, в том числе путем восстановления нарушенных гражданских прав потерпевших от преступлений лиц.

Согласно ст. 12 ГК РФ к числу способов защиты гражданских прав относятся возмещение убытков и компенсация морального вреда.

В уголовном судопроизводстве обязанность государства обеспечить надлежащую защиту гражданских прав потерпевших от преступлений физических и юридических лиц, сформулированная в ст. 6 УПК РФ, реализуется посредством разрешения исков о возмещении имущественного ущерба или компенсации морального вреда.

Возмещение вреда, причиненного преступлением, вопреки распространенному среди юристов мнению, не является специальным институтом возмещения вреда (например, как институты возмещения вреда – источником повышенной опасности или возмещения вреда при исполнении служебных обязанностей). Здесь действуют общие положения о возмещении вреда, предусмотренные ст. 1064 ГК РФ, такие, как: «возмещается только реально причиненный вред», «виновность причинившего», «полный размер возмещения», «наличие причинной связи» и т. п. Именно в силу этого гражданский истец по уголовному делу, при наличии одновременно специального института возмещения вреда, вправе выбирать – с кого же ему возмещать вред: с преступника или, скажем, с владельца источника повышенной опасности (если преступник причинил вред, используя такой источник)? Или: с преступника или с организации, в которой он исполнял служебные обязанности при причинении вреда? Полагаю, что нашим читателям нет необходимости подчеркивать, что автор под преступником здесь понимает то лицо, которое суд назовет преступником в приговоре суда.

Преимущества гражданского иска в уголовном процессе очевидны с точки зрения процессуальной экономии и полноты исследования доказательств. Так, подсудность и подведомственность гражданского иска определяются подсудностью уголовного дела (часть 10 ст. 31 УПК РФ). Тем самым лицо, признанное гражданским истцом по уголовному делу, освобождается от необходимости дважды участвовать в судебных разбирательствах – сначала по уголовному делу, затем по гражданскому делу. Немаловажным фактором является и то, что зачастую гражданскому истцу судиться по месту уголовного процесса попросту удобнее, нет необходимости отправлять иск по месту жительства или нахождения ответчика, а таким местом может быть совсем другой регион страны. При предъявлении гражданского иска гражданский истец освобождается от уплаты государственной пошлины (часть 2 ст. 44 УПК РФ, п. п. 4 п. 1 ст. 333.36 НК РФ).

Кроме того, уголовно-процессуальное законодательство предъявляет упрощенные требования к оформлению гражданского иска в уголовном деле.

Уголовно-процессуальный закон не обязывает, в отличие от норм ГПК РФ, гражданского истца прикладывать к исковому заявлению его копии в соответствии с количеством ответчиков. Обвиняемый о том, что к нему предъявлен гражданский иск, может узнать только при ознакомлении с материалами уголовного дела либо в судебном заседании.

Допускается произвольная форма искового заявления, отсутствие в нем сведений о лице, несущем гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный преступлением, цене и основаниях иска. Так, в одном из сложных дел, связанных со злоупотреблением должностными полномочиями, где автору публикации довелось участвовать, его коллега, защищавший одного из привлекаемых к уголовной ответственности, активно возражал против принятия искового заявления на крупную сумму от государственной организации, гражданского истца по уголовному делу, и просил этот иск оставить без рассмотрения в связи с тем, что в заявлении не были названы основания иска. Отклоняя возражения адвоката, суд резонно указал, что в силу части 2 ст. 250 УПК РФ отсутствие оснований иска в исковом заявлении, в отличие от гражданского процесса, не является препятствием для рассмотрения иска, поскольку в качестве таковых выступает сам факт предъявления обвинения. Привлекаемые к уголовной ответственности лица уже в силу этого факта являются гражданскими ответчиками (но не всегда это так, о чем речь пойдет ниже), если вред преступлением причинен, так что за основаниями далеко ходить не нужно.

Полагаем, что по смыслу норм действующего УПК РФ, в том числе ч. 4 ст. 42, ч. 2 ст. 136, ч. 2 ст. 309 УПК РФ, гражданский иск должен предъявляться в виде письменного заявления на имя следователя (дознавателя) либо суда. Не согласимся в этой связи с бытующим мнением о том, что гражданский иск может быть предъявлен как в письменной, так и в устной форме (когда устное исковое заявление заносится в протокол). Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 31 января 2011 г. № 1-П, гражданско-правовые требования о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, вне зависимости от того, подлежат они рассмотрению в гражданском или уголовном судопроизводстве, разрешаются в соответствии с нормами гражданского законодательства. При этом в силу ч. 1 ст. 131 ГПК РФ исковое заявление подается в суд в письменной форме (подробнее см.: Гражданский иск в уголовном судопроизводстве (Сычева О. А.) («Мировой судья», 2015, № 5)).

Гражданскому истцу в уголовном процессе не очень-то трудно и с доказательствами по предъявленному иску. В их качестве выступают все материалы уголовного дела, все его тома и листы – от первого до последнего. Если факт совершения преступления привлекаемым к уголовной ответственности лицом будет доказан, если будет подтверждено, что вред причинен непосредственно преступлением – есть, как правило, все основания и для удовлетворения иска. А дальше, кто не согласен – жалуйтесь. Доказывайте свою невиновность, а значит, и отсутствие оснований для взыскания.

Вот почему, на наш взгляд, гражданскому истцу всегда легче в уголовном процессе, чем в гражданском. За него очень многое делают государственные правоохранительные органы: сбор доказательств, определение размера ущерба, обеспечение иска и т.п. Необходимо только внимательно отслеживать соблюдение своих прав, всю динамику этого процесса.

Согласно пункту 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением. Следовательно, ключевым при решении вопроса о признании гражданина или юридического лица потерпевшим от преступления и, соответственно, гражданским истцом выступает понятие «вред».

В уголовно-процессуальном праве определение понятию «вред» не дано, что вызывает некоторые трудности при решении вопроса о признании лица гражданским истцом. Следователи порой затрудняются определить, кому именно причинен вред в результате преступления и, следовательно, – кого признавать потерпевшим и гражданским истцом (так, сейчас следствие по делу так называемой «МММ по-хабаровски» в тупике: кто является потерпевшим по делу – кредитные потребительские кооперативы (юридические лица) или граждане, доверившие кооперативам свои денежные сбережения?).

В связи с этим вполне оправданно обратиться к цивилистике, так как само понятие «вред» сформировано именно цивилистикой (см.: Гражданский иск в уголовном деле: от теории к практике (Сушина Т. Е.) («Журнал российского права», 2016, № 3).

Определение понятия «вред», сформулированное в цивилистике, представляется приемлемым и для уголовно-процессуальных отношений.

Вред, причиненный в результате преступления, подразделяется применительно к гражданам на физический, имущественный и моральный, к юридическим лицам – на имущественный вред и вред деловой репутации.

Общепринято под физическим вредом понимать вред, причиненный жизни и здоровью. Имущественный вред (ущерб) обусловлен лишением имущества, материальных благ и выражается в денежной сумме. Моральный вред определен в ст. 151 ГК РФ как физические и нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на другие принадлежащие гражданину нематериальные блага.

Разрешение гражданских исков в уголовном деле основано на установлении таких юридических фактов, как наличие преступления, причинение преступлением вреда, наличие причинной связи между преступлением и наступившим вредом. И если в установлении факта наличия преступления со стороны привлекаемых к уголовной ответственности лиц роль гражданского истца по понятным причинам невелика, то в определении размера причиненного вреда его активная позиция в уголовном процессе может сыграть ключевую роль.

При этом суд должен проявлять максимум объективности, поскольку, увлекшись задачей восстановления социальной справедливости, суд может не заметить предвзятости со стороны гражданского истца по отношению к виновному (помните знаменитое выражение пострадавшего Шпака из фильма Леонида Гайдая: «три магнитофона, три портсигара, куртка замшевая – три…»). Так, в одном из уголовных дел, связанных с похищением из предприятия импортного грузового автомобиля, районный суд в приговоре указал о взыскании с виновных более четырех миллионов рублей ущерба (то есть – полную балансовую стоимость украденного), хотя органами следствия предприятию были возвращены (и приняты последним!) запчасти с разукомплектованной похитителями машины в размере более половины ее стоимости. По апелляционной жалобе защитника краевой суд, разумеется, сумму взысканного вполовину уменьшил.

В соответствии со ст. 44 УПК РФ гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Приведенная здесь норма закона – это наглядная иллюстрация того, что в законе случайных слов или выражений не бывает. Мы, конечно, здесь имеем в виду слова «непосредственно преступлением». Дело в том что преступления могут иметь отдаленный, опосредованный вред, в первооснове которого лежит, между тем, вредоносность преступного деяния. Приведенная норма закона регламентирует, что гражданский иск в уголовном процессе может и должен заявляться лишь тогда, когда вред причиняется непосредственно совершенным преступлением. Только такой гражданский иск подлежит принятию и рассмотрению. Не является гражданским истцом по уголовному делу, к примеру, лицо, обратившееся с регрессным требованием. Или лицо, пострадавшее от отдаленных последствий преступления.

Между тем, судьи не всегда это учитывают. Так, в одном из уголовных дел с участием автора статьи в качестве защитника, суд взыскал с осужденного вред в пользу гражданина, лишившегося жилья по гражданскому иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Гражданин этот не был по такому иску признан добросовестным приобретателем, поскольку приобрел жилье хотя и по возмездной сделке, но жилье это ранее вышло из владения собственника помимо его воли (в результате мошеннических действий, за которые и был осужден виновник по уголовному делу). Защитник обратил внимание суда, что взыскивать ущерб в рамках уголовного дела с виновника нельзя, так как пострадавшему гражданину вред причинен не непосредственно преступлением, а порочной сделкой, которой предшествовал еще целый ряд порочных сделок. Со всеми этими сделками необходимо дополнительно разбираться и возлагать ответственность на всех виновных лиц. Суд районного звена не придал этому замечанию защитника никакого значения, но краевой суд применил положения ст. 44 УПК РФ, изменив в этой части приговор и постановив рассмотреть гражданский иск фактического приобретателя квартиры в отдельном гражданском процессе.

Поскольку к преступлению уголовный закон (ст. 14 УК РФ) относит виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным кодексом под угрозой наказания, то теоретически любое совершенное преступление может причинить вред, подлежащий возмещению, так как это деяние – общественно опасно. На практике это не всегда так. Преступление может быть совершено, а возмещать вред в его материально-правовом смысле – некому. Например, если преступление совершено с нарушением интересов государства или прав личности, но без видимых, ощутимых материальных последствий. Кроме того, после преступления не все пострадавшие желают возмещать причиненный им вред (по самым разным, иногда глубоко личным, причинам). Так, по данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, лишь 10% уголовных дел завершаются судами с разрешением гражданских исков. Проведенные исследования показывают, что доля фактического исполнения соответствующих судебных решений по возмещению вреда, причиненного преступлением, составляет менее 21% (см.: Стимулирование обвиняемого к возмещению причиненного преступлением вреда: проблемы и перспективы (Карабанова Е.Н., Цепелев К.В.) («Российская юстиция», 2016, №5)).

И все же можно выделить наиболее типичные, чаще всего встречающиеся примеры возмещения вреда в связи с совершенными преступлениями (и, соответственно, примеры гражданских исков в уголовных процессах):

•возмещение вреда от корыстных преступлений (кражи, грабежи, мошенничества, вымогательства и др.);

•возмещение вреда от насильственных преступлений (разбойные нападения, хулиганские действия, причинения телесных повреждений, истязания и др.);

•возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью (вследствие убийств, изнасилований, тяжких ДТП, преступлений по службе и др.);

•возмещение вреда от преступлений на транспорте, от тяжких ДТП, от аварий, взрывов, пожаров и др.;

•возмещение вреда от должностных преступлений (превышение должностных полномочий, злоупотребление должностными полномочиями, иные преступления по службе);

•возмещение вреда от преступлений против интересов коммерческих организаций;

•возмещение вреда от террористических актов;

•возмещение морального вреда;

•иные возмещения вреда.

СПОСОБЫ И РАЗМЕР ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ПРЕСТУПЛЕНИЕМ

Согласно ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т. п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

На практике такой способ, как возмещение вреда в натуре, по уголовным делам используется редко и выступает чаще всего в форме возвращения части похищенных вещей (иногда – с существенным дисконтом их реальной стоимости), в форме восстановительного ремонта поврежденного имущества и т. п.

Гораздо чаще речь идет о возмещении причиненных убытков. Это может быть взыскание стоимости украденного, поврежденного, причиненного, денежная компенсация морального вреда. И тут очень важно точно определить размер вреда, причиненного преступлением, в целях его полного возмещения.

Гражданско-правовые споры являются одними из самых сложных, требуют от судей глубокого знания норм материального права. Порой в рамках уголовного процесса судья-криминалист, специализирующийся в суде первой инстанции на рассмотрении уголовных дел, не всегда сразу может разобраться в том, кто является действительным собственником определенного имущества, кому причинен реальный ущерб. Немалые трудности возникают и с определением суммы ущерба, подлежащей возмещению. Особенно это касается споров, связанных с осуществлением сделок хозяйствующими субъектами (подробнее см.: Возмещение вреда, причиненного преступлением (Титова В. Н.) («Законность», 2013, № 12)).

Обращает на себя внимание и то, что стоимость имущества, являющегося предметом преступных посягательств, постоянно возрастает, причем не всегда сразу можно разобраться, какой вид стоимости (кадастровой, рыночной, балансовой) должен применяться при оценке причиненного вреда.

Безусловно, все перечисленное требует от правоохранительных органов дополнительных усилий, знаний, повышения профессионального мастерства, ведь закон гарантирует потерпевшему, как мы уже указывали, возмещение как имущественного, так и морального вреда, причиненного преступлением, путем предоставления возможности защитить свои права одновременно с рассмотрением уголовного дела.

Размер имущественного вреда, подлежащего возмещению потерпевшему, определяется, исходя из цен, сложившихся на момент вынесения решения по предъявленному иску. Из этого общего правила имеются исключения. Так, согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов. В одном из уголовных дел с участием автора публикации, связанных с мошенническими действиями в отношении муниципальных квартир, например, суд справедливо не согласился со стоимостью похищенных квартир, определенной по средней величине стоимости квадратного метра жилья в Хабаровске, и назначил оценочную экспертизу. Она определила стоимость похищенного с учетом индивидуальных (а не усредненных) особенностей конкретной квартиры. В дальнейшем это повлияло не только на размер гражданского иска (в меньшую сторону), но и на квалификацию содеянного и, как следствие, – на размер определенного судом наказания.

Размер присужденной ко взысканию суммы компенсации причиненного вреда не может быть увеличен с учетом индексации в порядке исполнения приговора, поскольку такое решение не предусмотрено главой 47 УПК РФ. Заявление гражданского истца об индексации рассматривается судом в порядке гражданского судопроизводства в соответствии с частью 1 статьи 208 ГПК РФ (п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 №17 (ред. от 16.05.2017) «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве»).

Причиненный преступными действиями нескольких лиц имущественный вред может быть возмещен по принципу солидарной гражданско-правовой ответственности, тогда как моральный вред компенсируется в денежной форме по правилам долевой ответственности, исходя из характера и объема причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и степени вины каждого (см.: Гражданский иск в уголовном процессе (Бубчикова М.В.) («Российский судья», 2015, №9)).

(Продолжение в №3 ·, №4 , №5)

МИХАИЛ СЛЕПЦОВ, АДВОКАТ, УПРАВЛЯЮЩИЙ ПАРТНЕР АДВОКАТСКОГО БЮРО «СЛЕПЦОВ И ПАРТНЕРЫ», КАНДИДАТ ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК, ДОЦЕНТ, ЗАСЛУЖЕННЫЙ ЮРИСТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Источник публикации: информационный ежемесячник «Верное решение» выпуск № 02 (184) дата выхода от 20.02.2018.

Статья размещена на основании соглашения от 20.10.2016, заключенного с учредителем и издателем информационного ежемесячника «Верное решение» ООО «Фирма «НЭТ-ДВ».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *