Открыть детский дом

Детские дома семейного типа (ДДСТ) — это альтернативная форма государственному содержанию и воспитанию детей сирот. Организуется на базе семьи при желании обоих супругов взять на воспитание не менее 5 и не более 10 детей и с учетом мнения всех совместно проживающих членов семьи, в том числе родных и усыновленных (удочеренных) детей (а с 10-летнего возраста — только с их согласия).

Основными задачами детского дома семейного типа являются создание благоприятных условий для воспитания, обучения, оздоровления и подготовки к самостоятельной жизни детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (далее именуются — дети), в условиях семьи.

Самое главное в семейном детском доме — приемные дети. Они в семейных детских домах растут в обстановке любви, поддержки и доброты, получают образование, многие — высшее, и строят новые семьи, не порывая родственных отношений с родителями-воспитателями, приёмными братьями и сёстрами. детский семейный сирота

Воспитанники проживают в семейном детском доме до 18 лет, а если они продолжат учёбу в ВУЗе или другом учебном заведении — то до окончания учёбы.

В декабре 2008 г. в Украине насчитывалось 400 семейных детских домов, в которых воспитывался 2461 ребёнок (данные украинского Департамента по усыновлению)

Согласно «Положения о детском доме семейного типа» Кабинета министров Украины родителям-воспитателям вне очереди должна предоставляться многокомнатная квартира или дом. Жильё должно быть оборудовано необходимой техникой, мебелью и т.д.

Родителями-воспитателями не могут стать граждане, лишённые родительских прав или прав опекуна, больные некоторыми инфекционными болезнями, страдающие алкогольной или наркотической зависимостями.

Родители-воспитатели должны пройти курс обучения перед созданием детского дома. На период работы детского дома родителям начисляется трудовой стаж и выплачивается зарплата, а также выделяются деньги на содержание детского дома.

Миссия семейного детского дома : воспитание ребенка в семье, заменяющей родительскую.

Цель семейного детского дома — предоставить возможность детям, которые по разным причинам лишены родной семьи, жить в безопасном и любящем семейном окружении, новой семье, где они смогут реализовать свои лучшие качества, черты характера.

Проблемы воспитания и образования детей, их профессионального самоопределения, адаптивно-реабилитационные проблемы.

Макрофакторы, влияющие на деятельность семейного детского дома:

1. Политико-правовой фактор.

Основным нормативно — правовым документом, регламентирующим деятельность семейного детского дома является Семейный кодекс Украины (ст 20-2), регулирует семейные личные неимущественные и имущественные отношения между супругами, между родителями и детьми, усыновителями и усыновленными, между матерью и отцом ребенка относительно его воспитания, развития и содержания.

2. Економический фактор.

Источниками формирования имущества и финансовых ресурсов детского дома семейного типа являются:

  • 1) средства учредителя (учредителей);
  • 2)имущество, закрепленное за учреждением собственником (уполномоченным или органом);
  • 3) добровольные пожертвования физических и юридических лиц;
  • 4) другие внебюджетные средства в соответствии с законодательством.

Воспитатели детского дома семейного типа ведут отчетность по приходу и расходу денежных средств, выделяемых на содержание детей.

3. Социально-культурный фактор.

Орган опеки и попечительства по месту нахождения детского дома семейного типа осуществляет контроль за условиями жизни и воспитания детей, охраной их прав и законных интересов, также обеспечивает обучение социальных работников, потенциальных родителей-воспитателей, желающих взять детей на воспитание.

Дети обучаются в общеобразовательных учреждениях на общих основаниях.

Микрофакторы, влияющие на деятельность семейного детского дома.

1. Поставщики:

детские дома;

приюты;

центры временного содержания детей;

школы-интернат.

2. Конкуренты:

деревни SOS — программа, спонсируемая зарубежными фондами, существует во многих странах. В таких деревнях (больших домах или квартирах в городах) живут несколько семей. Они состоят из мамы, которая заключила контракт с фондом на определённое время и получает зарплату, и из нескольких приёмных детей;

патронатные семьи — семьи, которые воспитание детей делают своей профессией, они заключают контракт с государством, на основании которого обязуются воспитывать детей из детских домов у себя дома, получают помимо денег за это, ряд льгот, например, возможность пользоваться услугами специалистов;

фостеровская (замещающая) семья — это одна из разновидностей приемной семьи, деятельность которой необходима тогда, когда дети в срочном порядке изымаются из семьи в силу различных обстоятельств, таких как кризисная ситуация в родной семье, болезнь или отсутствие родителей. Основная цель такой семьи — поддержание контактов с биологическими родителями и возвращение ребенка в родную семью. Если невозможно возвращение ребенка в родную семью, тогда он находится в приемной до тех пор, пока не состоится решение суда в отношении судьбы ребенка.

3. Потребители:

Бездетные супруги или те, у кого есть собственные дети — как взрослые, так и несовершеннолетние.

Детских домов семейного типа сейчас в России немного. Один из них, который основали супруги Колесниковы, успешно работает в Дивногорске — городе-спутнике Красноярской ГЭС.

Корреспондент «МК» поговорил с директором семейного детского дома Натальей Колесниковой о трудностях воспитания детей из неблагополучных семей, о непонимании окружающих и о том, как простой семье удается справляться с проблемами.

Об истории детского дома

— Мы с мужем Геннадием окончили пединститут, а в 80-е годы на экраны вышел фильм «Однажды 20 лет спустя» с Натальей Гундаревой в главной роли. У главной героини по сюжету было много детей: помню, мне это понравилось, но эту роль я на себя не примеряла.

— Первого ребенка мы взяли в 1989 году: тогда муж работал в интернате в поселке Шушенское. Дети его очень любили и часто ходили к нам в гости. У нас было тогда четверо своих сыновей, а Гена хотел дочку, и мы решили взять к себе 10-летнюю девочку. А позднее мы переехали сюда, в Дивногорск.

В Российском???? детском доме нам предложили взять еще ребят на воспитание — тогда в стране расцветала кампания по созданию семейных детдомов. Мы согласились. Сначала жили в двух небольших квартирах на набережной, потом переехали в более просторное жилье. А в 2002 году нам выделили этот двухэтажный дом, где мы живем сейчас.

За 30 лет существования дома мы воспитали 43 ребенка — пятерых кровных сыновей и 38 приемных детей. Сейчас у нас огромная семья — с детьми и внуками насчитывается почти сотня.

Колесниковы приучают детей к самостоятельности: ребята дежурят по кухне, стирают свои вещи и регулярно убирают дом. Фото: Руслан Рыбаков

О быте

— У нас постоянная текучка. Старший уходит — женится или переезжает, на его место приходят другие. Сейчас у нас в доме живут 10 детей. Самой младшей, Варе, исполнилось 7 лет — она уже пошла в школу.

С мужем у нас хороший тандем: я «жаворонок», а он — «сова». Я активнее с утра, а Геннадий сидит с детьми до позднего вечера. Я больше строгий организатор, а муж — добрый «доктор Айболит». Иногда уезжаю в Красноярск, возвращаюсь вечером — а дети и муж сидят вместе на диване, полная раковина посуды, повсюду валяются бумажки. Конечно, заставляю потом всех убираться.

Сам муж не очень общительный: он в основном сидит дома, в своей мастерской. Много читает и занимается резкой по дереву, смастерил много икон.

Ребята по очереди дежурят на кухне, у каждого есть свой участок или своя комната, которую они убирают. Многие любят копаться в грядках: пропалывать, дергать сорняки.

Летом каждый год мы выезжаем на Красноярское водохранилище на неделю с полным комплектом: палатки, примусы и все остальное. Дети целый год с нетерпением ждут этой поездки. Еще каждое лето ездим в парк Горького в Красноярске — раз в сезон детей бесплатно катают на аттракционах.

Часто устраиваем коллективные праздники. Самые большие события — дни рождения — мой и нашего папы, летом и осенью. Обычно в это время еще тепло, мы собираемся в беседке во дворе и жарим шашлыки. Иногда у мангала собирается до 70 человек. Отмечаем день рождения каждого ребенка — весной, летом и в начале осени тоже жарим сосиски во дворе. А когда холодно — устраиваем праздник дома, благо места хватает.

Дети ходят в разные кружки, многие занимаются спортом. Я не провожу дополнительных занятий, но учу их ландшафтному дизайну и кулинарии: дети учатся ухаживать за растениями и готовить. У старших порой получается даже лучше чем у меня.

У всех есть доступ в Интернет, обычно телефонный. У ребят есть смартфоны: кто-то на них зарабатывает летом в трудовом лагере, а кто-то получает пенсию, и им позволяют снять деньги. Компьютеры есть у пары ребят, но они ими почти не пользуются — многим удобнее выходить в Сеть с телефона.

30 лет назад Геннадий Колесников взял в семью первого приемного ребенка — 10-летнюю девочку. Фото: Руслан Рыбаков

О проблемных детях

— Если честно, среди детдомовцев все дети сложные. Они приходят к нам вообще неприспособленными к жизни. Такие дети привыкли быть иждивенцами: им все дает государство. Тяжело было, когда мы взяли сразу семерых ребят из дошкольного детского дома в возрасте от 4 до 7 лет. Они отказывались стирать или мыть за собой посуду, были и ссоры, и истерики.

У нас пять кровных сыновей. На фоне детдомовцев они совсем беспроблемные. Приемные дети чаще болеют и с трудом учатся. Конфликты друг с другом у ребят бесконечны: тяжелые характеры всегда провоцируют крики и споры. Я стараюсь их примирять — иногда лаской, а иногда строгостью.

Особенно я строга, когда дети воруют. У нас жила девочка, которая таскала и здесь, и в школе у учителей и подруг. Я пошла в полицию, попросила поговорить с ней. И те сводили ее в изолятор, показали условия — больше она не воровала.

Было так, что три девочки не пришли домой ночевать. Сели в машину и поехали кататься со взрослыми мужчинами в Красноярск. Мы всю ночь не спали. Когда они вернулись домой — муж не выдержал и шлепнул одну из них по щеке. Та пошла в школу и пожаловалась, что ее здесь избивают. И учителя ей поверили, хотя знали нас много лет. Я тогда пригласила домой классного руководителя, милицию, органы опеки и одноклассников — показала им условия, в которых живут ребята. После этого, конечно, к нам никаких претензий не было.

Как-то раз 17-летний мальчик выпил с компанией и угнал нашу машину, ребята катались пьяные по городу. Кто-то мне сказал об этом, и я немедленно позвонила инспекторам — чтобы сами не разбились и не убили кого-то. Алкоголизм и такой образ жизни воспринимается детьми из неблагополучных семей как норма. Беседую с ними, но до кого-то доходит, до кого-то — нет. Как правило, в таком случае я лишаю детей прогулок или отключаю Wi-Fi. Второе на них эффективно действует и заставляет слушаться даже самых сложных ребят.

Чтобы взять приемного ребенка — нужно быть очень терпеливым человеком. Родителям не нужно питать иллюзий: выше того, что в ребенке заложено, ты, скорее всего, не прыгнешь. Когда мы только взяли первого ребенка — были уверены в том, что воспитаем его достойно, мы же педагоги. Но потом стало ясно, что этого недостаточно. Сначала мы отдавали всех детей в общеобразовательные школы, потом нескольких пришлось перевести в коррекционные.

Семья получила двухэтажный дом только в 2002 году. До этого супруги с детьми жили в квартире. Фото: Руслан Рыбаков

О жизни после семьи

Сейчас у Натальи и Геннадия Колесниковых 43 ребенка и 31 внук.

— За 30 лет, что мы работаем, из нашего дома вышли 33 человека. В основном все устраиваются в жизни: заканчивают учебу и работают. У всех есть дети — в отличие от выпускников обычных детдомов они своих ребят не бросают. О нас тоже не забывают: приходят к нам и приводят детей. Здесь у меня как филиал детского сада. Девочки нянчатся с малышами своих братьев и сестер и таким образом сами готовятся быть мамами. То есть после рождения первенцев у них нет проблем и непонимания, что делать, — они уже натренированы.

После выпуска ребята продолжают общаться. У них разные специальности, и они часто помогают друг другу бесплатно. Вот, например, один из мальчиков работает программистом и помогает другим ребятам с компьютерной техникой. Кто-то работает автомехаником, и те, у кого есть машины, обращаются к нему. Такая взаимовыручка сейчас очень ценна, особенно если у детей нет серьезной материальной базы.

Конечно, мало кто добивается большого успеха. Двое сейчас в колонии — они попали ко мне уже трудными подростками в 14 лет, и перевоспитать их было нереально. Одна девочка, к сожалению, умерла в 30 лет — жила с алкоголиком и пила сама. Девочки вообще очень рано выходят замуж, зачастую в 18 лет и за первого попавшегося. Им страшнее быть одной, чем жить с кем попало.

Иногда я даже жалею, что взяла некоторых ребят: не все из них ведут нормальный образ жизни. Воспитываешь всех одинаково, а генетическую предрасположенность не изменишь.

После школы вуз не окончил никто. Большинство из них и школу-то закончили с трудом — в основном поступают в техникумы и училища. Но к 30 годам некоторые умнеют, и вот сейчас четверо мальчиков учатся в университетах. Я очень рада, что они поняли необходимость образования. Один уже получил диплом, а трое еще учатся.

Многие дети занимаются спортом: у юного конькобежца Захара уже несколько медалей. Фото: Руслан Рыбаков

О финансовых трудностях и отношении окружающих

— Нам было очень тяжело в материальном плане, когда мы жили на городском бюджете. Особенно сложными выдались 1990-е. Тогда нас прикрепили к магазину, чтобы мы отоваривались, но деньги не всегда привозили вовремя. Иногда я приходила туда и плакала, выпрашивая продукты, потому что детям было нечего есть. Одевать ребят тоже было проблемно: тогда давали талоны на ограниченное количество одежды. Чтобы сводить концы с концами, мы устроились работать сторожами за 50 рублей в сутки. С детьми дежурили по очереди. Кроме того, тогда мы жили в квартирах — сначала в двух тесных, затем нам дали жилье попросторнее. Но все равно было не очень комфортно.

В 2002 году мы встретились с президентом — тогда Владимир Путин был на этой должности чуть больше двух лет. После встречи с ним нам дали этот двухэтажный дом и перевели на краевой бюджет. Сегодня мы юридическое лицо, мне как учредителю приходится заполнять множество бумаг и документов. Но зато теперь и финансирование соответствующее, сейчас проблем с деньгами нет. Одежду детям привозят из магазина, с которым у нас договор.

Все эти 30 лет мы сталкивались и с непониманием, и с завистью окружающих. Многие за спиной говорили, как я мешками таскаю домой еду. Я отвечаю: «А вы не видите, что я и готовлю для детей ведрами?»

Многие знакомые мне говорили: «Да, мы знаем, что вы люди добрые и очень любите всех детей, которых берете в свою семью. Но скажите — в чем ваша выгода?» Я всегда отвечала, что никакой корысти мы в этом не видим.

А вот когда мы переехали, многие начали думать, что мы только из-за дома воспитываем детей. Но табличка на здании гласит о том, что это учреждение — государственное. А это значит, что мы его лишимся, когда перестанем работать. Все-таки мне уже 65 лет, а муж на 10 лет старше. Но люди все равно не верят и говорят, что «Колесниковы выторговали дом».

О воспитании

— Многие дети занимаются спортом: у юного конькобежца Захара уже несколько медалей.

Процесс воспитания не заканчивается на 18 годах — многие дети в этом возрасте еще совсем недееспособны. Особенно это касается тех сложных ребят, которые жили в детском доме или росли в неблагополучных семьях. Они все пришли к нам совсем несамостоятельными, и многих приходилось учить самым элементарным вещам.

Конечно, характер и генетику детей не переделаешь. Каждый идет тем путем, который выбирает сам. Но ведь условия воспитания все равно больше зависят от семьи. И самое главное здесь — любить и уважать детей.

Я считаю, что лучшее воспитание — это диалог, даже самым маленьким нужно объяснять, почему и как надо что-то делать. Лаской и уговорами можно добиться если не нереального, то многого.

(Согласно законодательству, действовавшему до 01.09.2008)

Под детским домом следует понимать, в широком смысле, учреждение, предназначенное для постоянного устройства детей, оставшихся без попечения родителей. Когда я буду употреблять слово детдом или детский дом — я имею в виду именно это, учреждение, специально предназначенное для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей всех типов (воспитательные учреждения, в том числе детские дома семейного типа, лечебные учреждения, учреждения социальной защиты населения и другие аналогичные учреждения). Это — формулировка из Семейного кодекса.

Что нужно понимать. Во-первых, устройство ребёнка в детский дом возможно только, если его нельзя устроить на семейную форму устройства (в законе — усыновление, опека (попечительство), приёмная семья). Иных СЕМЕЙНЫХ форм устройства в законе нет.

Во-вторых, детский дом должен быть учреждением. Не ЗАО, не ООО, не потребительский кооператив, а именно учреждением. Учреждением признается организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера и финансируемая им полностью или частично. Это — тоже из закона. Там ещё есть слова про имущество, и про всё остальное, но любой детский дом — государственный или нет — должен быть учреждением.

Поэтому любые детские дома, созданные в иной форме — вне закона. Это раз.

Второе. Отбросим, для простоты учреждения медицинские (дома ребёнка) и соцзащиты (для детей-сирот и при этом инвалидов). Остаются — образовательные учреждения. В них (Закон об образовании, п.9 ст. 50) содержание и обучение детей, оставшихся без попечения родителей осуществляется на основе «полного государственного обеспечения». Очевидно, что ООО «Ромашка», содержащая детский дом будет само кормить, одевать, и обучать детей — а это не допускается законом. Потому, что в государственном учреждении, государство может проконтролировать, что и сколько ребёнок будет есть, может дать прямое указание, как и во что ребёнка одевать, а в ООО (и даже в НОУ) «Ромашка» — нет.

Сразу поясню, на возможные возражения, что, мол, какая разница, как детей будут кормить, по нормам или нет — разница есть. Государство обязано вырастить полноценного гражданина, а НОУ «Ромашка» будет кормить так, как захочет. Можно, казалось бы, обязать НОУ «Ромашка» обевать-обувать-кормить детей по государственным нормам, и, согласно закону «Об образовании», ещё и денег на это давать — но смысл?

И, кроме того, что такое «полное государственное обеспечение»? Закон «О дополнительных гарантиях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей»: полное государственное обеспечение детей — сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, — предоставление им за время пребывания в соответствующем государственном или муниципальном учреждении, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости…

То есть полное гособеспечение может быть или «в соответствующем государственном или муниципальном учреждении», или «в семье…». И не может быть в негосударственном немуниципальном.

Третье. Может быть тогда детский дом станет не образовательным учреждением, а каким-то иным, но предназначенным для детей, оставшихся без попечения родителей. Ну, не учить, а содержать и воспитывать, а учить будет кто-то другой.

В преамбуле Закона «Об образовании», тем не менее, указано, что под образованием понимается, в том числе и «процесс воспитания». Более того, в п.4 ст. 12 упомянутого закона читаем: «К образовательным учреждениям относятся учреждения следующих типов… …7) учреждения для детей сирот, и детей, оставшихся без попечения родителей». То есть, ровно ту формулировку, которую мы прочитали в Семейном кодексе.

Таким образом, детский дом, как воспитательное учреждение, не может быть ничем иным как образовательным учреждением.

Четвёртое. Так, может, тогда будем просто содержать в негосударственном учреждении, а воспитывать и учить будут на стороне? Встаёт тогда вопрос, а устройство ли это ребёнка? Нет.

Устройство ребёнка, оставшегося без попечения родителей (ст.123 СК РФ) — это передача ребёнка на воспитание: «Дети, оставшиеся без попечения родителей, подлежат передаче на воспитание…»

Таким образом не-семейное устройство ребёнка может быть лишь передачей его на воспитание в образовательное учреждение.

Пятое. Может быть, региональные власти, могут, в соответствии с абз.2 п.1 ст.123 СК РФ придумать свою форму устройства ребёнка таким образом, чтобы его передали не в образовательное учреждение на воспитание, а просто в учреждение, без воспитания. Ведь, пункт 1 ст.123 можно прочитать и таким образом: или «на воспитание в семью» или «в учреждение». И тогда, вроде как, закон «Об образовании» не при делах. Да?

Нет. Мы уже показали, что учреждение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей не может не быть образовательным.

Исключение составляют лечебные учреждения (цель создания связана со здоровьем) и учреждения соцзащиты (цель создания — поддержание жизнедяетельности). Ни в том, ни в другом случае не ставится вопрос о воспитании. Долго показывать, почему дом ребёнка тоже не может быть негосударственным, но это и не требуется, ибо желающих создать негосударственный дом ребёнка, или интернат для психически больных детей, оставшихся без попечения родителей, или для таких же сирот, но с ДЦП — нет. Понятно, почему, но таких — нет. Приведёте пример — будем разговаривать. Но все негосударственные детские дома, которые имеются — для здоровых и вполне подросших детей.

Дело в том, что законодательство предполагает три возможности призрения за несовершеннолетним: со стороны гражданина (родитель, опекун…), со стороны органа опеки и попечительства, и со стороны учреждения, куда ребёнок помещён на полное государственное обеспечение. Вот статья 147 СК: «Детям, находящимся на полном государственном попечении в воспитательных учреждениях, лечебных учреждениях, учреждениях социальной защиты населения и других аналогичных учреждениях, опекуны (попечители) не назначаются. Выполнение их обязанностей возлагается на администрации этих учреждений.»

Очевидно, что сам термин «устройство ребёнка», по смыслу не только первого, но и второго пункта ст.123 — это именно передача ребёнка, оставшегося без попечения родителей с плеч органа опеки и попечительства — на плечи либо гражданина («семейное устройство»), либо учреждения.

Учреждение это должно, по смыслу п.3 ст.123 СК, принять на себя обязанности опекуна. А это, по смыслу п.1 ст.147 возможно только, если ребёнок на полном государственном обеспечении, про которое я уже приводил выше цитату, из которой следует, что это может быть лишь гос- или мун- учреждение.

То есть передать права и обязанности опекуна негосударственному учреждению нельзя. Стало быть, эти права и обязанности так и останутся у органа опеки, а это значит, что «устройство» ребёнка, оставшегося без попечения родителей не произведено.

Таким образом, подытоживая.

Учреждение, куда может быть устроен ребёнок, оставшийся без попечения родителей может быть только государственным или муниципальным образовательным учреждением. В некоторых специфических случаях учреждение может быть лечебным или принадлежать соцзащите, но тогда речь не идёт о воспитании.

Вся эта логика не имеет никакого отношения к приютам! Самое главное тут, что приют не является формой устройства ребёнка, его администрация не имеет прав и обязанностей опекуна. Приют — место временного пребывания несовершеннолетнего, оставшегося без попечения родителей. Именно временного, исходя из положений закона «Об основах социального обслуживания в Российской Федерации».

Исходя из требований п.3 ст.122 СК РФ, устройство ребёнка должно быть осуществлено в течение месяца. Следовательно, срок пребывания ребёнка в приюте не может превышать одного месяца.

Я слышал мнение, что срок пребывания в приюте — до шести месяцев, потому, что так написано в положении о приюте. Для ребёнка «родительского» или находящегося под опекой — да, может быть и больше. Для ребёнка, оставшегося без попечения — установлен месячный срок для устройства ребёнка, стало быть, больше месяца в приюте он быть не может.

Надеюсь, теперь понятно два момента. Во-первых, «закон Лаховой» не меняет ничего в том, что детский дом может быть только государственным или муниципальным (а лишь прямо это прописывает в законе). Во-вторых, приюты никто не трогал, не трогает, и трогать не будет.

2007 год.

«Общероссийский народный фронт» предложил ввести в России льготную ипотеку для детей-сирот под 2-6% годовых. Об этом пишут «Известия» со ссылкой на текст документа, который ОНФ направил вице-премьеру Татьяне Голиковой.

Какая в России ситуация с обеспечением жильем детей-сирот?

В соответствии с ч. 1 ст. 8 закона № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», все дети-сироты, у которых нет пригодного для проживания жилья, имеют право на получение жилого помещения по достижении 18 лет. Региональные власти обязаны выделять его из специального жилищного фонда. Но многие не могут получить квартиры годами. Согласно данным Счетной палаты, опубликованным в марте 2020 года, за последние пять лет очередь на жилье увеличилась на 50 тыс. человек. Ее рост продолжается и в 2020 году: в январе очередь (в нее попадают дети с 14 лет) составляла около 278 тыс. человек, а сейчас она превышает 284 тыс. Причем более половины (68%, 192 тыс.) человек из состоящих в очереди уже ушли из детдомов, но так и не получили жилье.

В среднем сироты ждут жилье около семи лет. В некоторых регионах, например в Забайкальском крае, Бурятии, Тыве, Кабардино-Балкарии, Мордовии и Ингушетии, — 20 и более лет. Ежегодно, как пояснили «Известиям» в Счетной палате, жильем удается обеспечить лишь 10% сирот. В 2019 году квартиры получили 27,4 тыс. таких граждан, в 2020-м — 10,3 тыс.

Как заявляют в ведомстве, главная проблема заключается в недостатке финансирования. Ежегодно на эти цели выделяется более 32 млрд рублей. Например, в 2019 году на приобретение жилья для сирот за счет всех источников было направлено 39,2 млрд рублей, в том числе из федерального бюджета — 7,4 млрд рублей (18,8%), за счет региональных бюджетов — 31,8 млрд рублей (81,2%).

При этом, по оценке Счетной палаты, чтобы обеспечить жильем всех детей-сирот, которые имеют на него право, единовременно нужно примерно 264,5 млрд рублей. В том же случае, если объем финансирования сохранится на уровне 2019 года, для полного погашения задолженности потребуется не менее 6-7 лет. В палате также указывают, что многие выделяемые средства не расходуются в полном объеме. Так, по итогам 2018 года не были исполнены бюджетные назначения в сумме 3,2 млрд рублей. При этом за счет этих средств можно было бы обеспечить квартирами порядка 2,3 тыс. человек.

Многие дети-сироты добиваются жилья только через суд. По данным Счетной палаты, по итогам 2018 года из 25 тыс. человек, обеспеченных жильем, 12,4 тыс. (49%) получили его на основании решений судов. В 12 регионах жилье предоставляется детям-сиротам исключительно на основании судебных решений. С каждым годом число неисполненных судебных решений растет: на 1 января 2018 года их было 23 тыс., а на 1 октября 2019 года — уже 26,1 тыс.

Какие меры поддержки предложили для детей-сирот?

ОНФ предлагает включить в национальный проект «Жилье и городская среда» целевой показатель по обеспечению жильем всех детей-сирот. Это, как заявила руководитель департамента приоритетных проектов и стратегических инициатив ОНФ, член Общественной палаты Юлия Зимова, должно позволить ускорить исполнение обязательств перед сиротами, а также предусмотреть федеральное софинансирование большего размера.

Также среди предлагаемых мер — предусмотреть льготную ипотеку под 2-6% годовых для детей-сирот, которые воспользуются жилищными сертификатами. В феврале 2020 года соответствующий законопроект внесло в Госдуму правительство России. Сиротам предложили выплачивать 1 млн 487 тыс. руб., на эти средства они смогут самостоятельно приобрести жилье.

В ОНФ предлагают распространить действие таких сертификатов не только на регион проживания гражданина, но и по всей стране.

В пресс-службе вице-премьера Татьяны Голиковой подтвердили, что инициатива ОНФ находится на рассмотрении. Заместитель председателя комитета по жилищной политике и ЖКХ Госдумы Сергей Пахомов заявил, что льготная ипотека станет актуальной мерой поддержки. В Счетной палате, в свою очередь, сообщили, что палата поддержит все предложения, которые направлены на уменьшение и ликвидацию долга государства перед сиротами.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *