Тетя 18

кто был главный в постели? Кто хозяйка в доме, тот командует и в спальне. Иначе не могло быть у моей тетушки.

–Пойдем в постель,- тетя Марина встала и не оборачиваясь, не смотря, иду ли я за ней. направилась в спальню, на ходу снимая халат.

Вот свершилось!!! Не я племянник затащил зрелую женщину в постель. а она сама тетя звала меня к себе. Удивительно, но я испугался, чувство стыда и боязливость, что я как то не так поведу себя с женщиной накатило на меня… Испугалась даже моя эрекция.

-Племяш, иди я тебя согрею- уже настойчивый и властный голос тети Марины позвал меня.

Вошел в спальню, тетя лежала на кровати накрывшись простыней, торчала только голова и я удивился как смешливо и озорно сияли глаза немолодой женщины. Ноги были чуть раздвинуты и слегка согнуты в коленях, под простыней выделялась грудь, я не знал, что делать дальше, раздеться и предстать перед женщиной которая годилась в матери совершенно голым или лечь рядом в халате, кровать была односпальной и не позволяла этого сделать. А может сдернуть простынь с тела голой женщины или….

Тетя Марина помогла племяннику и со словами

– Поцелуй меня,- закрыла сияющие глаза..

Поцелуй, это то самое спасительное, я склонился на тетиной головой и наши губы встретились, сначала робко, потом со страстью, Я тоже закрыл глаза наслаждаясь этим первым поцелуем, Чувствуя как тетина рука проникает мне под халат и гладит между ног. Первая женщина которая чувствует мою эрекцию-ЭТО МОЯ ТЁТЯ !!

-Ну что будем шалить?- после поцелуя слышу я и открываю глаза, вижу лицо тети, смеющиеся глаза и тело уже наполовину скрытое простыней, перед глазами небольшая слегка обвислая грудь моей моей тетушки.

-Хочешь поцеловать мои соски

Шмонин Александр Приключения тёти Клавы Приключения тёти Клавы

Тётя Клава и Генка

В пятый класс я и остальные пошли в село Личадеево,

жили в интернате, девочки в одной

комнате, мальчики в другой, ни о каких шашнях с девочками

и речи быть не могло.

Но Генка как-то подрос за лето и не жил с нами мелкотой,

родители пристроили его

на постой к одинокой вдове тёте Клаве.Вскоре по школе шептали:

пятиклассник-то с тётей Клавой

живёт, но свечку никто не держал, а он молчал.

И всё же вот его рассказ в моей литературной обработке.Нет, вы

не поймали меня на вранье: как же он мог тебе рассказать,

коли не общались?

По окончании десятилетки Генка оказался в г.Красноярске и встретил

там земляка, моего старшего брата Сергея, который был туда

распределён по окончании РУ(ремеслухи): ну а о чём

могут беседовать земляки под бутылку водки, конечно о бабах.

— Первую неделю я вёл себя тихо, даже и не помышлял тётю Клаву совратить,

не в моём вкусе, полновата супротив тёти Дуни, да и Дуняшка меня измотала,

передышка нужна, да и рисковано лезть к хозяйке, враз выставит на улицу.

Сидел за столиком у окна, делал домашки и зубрил басню «Волк на псарне».

Хозяйка хлопотала по дому, я иногда зыркал, ходит тут по избе

в коротком халате, верхняя и нижняя пуговки

не застёгнуты, дебелые ляжки видны, сиськи вываливаются; моет пол, пышной

попой играет, подол высоко подоткнула.Мелькала мыслишка, а не завалить ли

её прямо на мокрый пол, тянет нас, мужиков, не вовремя не к месту, кровать-

уж очень пресно.Но чур меня, не глупи.А она стирку затеяла в большом

тазу, опять в той же позе, опять мыслишка, деревенскую припевку вспомнил:

Я иду, она стирает,

Я помог намыливать,

Повалил её в корыто,

Начал запузыривать.

Понятно, не считает меня за мужика, не стесняется или, — мелькала мысль, — дразнится.Я замечал, есть такое у девок: и не надо им

и давать не собираются, а дразнятся.

В субботу тётя Клава истопила баню, собрала банные

причандалы, собралась идти мыться.Я набрался наглости, будь что будет,

была не была, встал

на пути, вперил глаза в её глаза и ляпнул: тётя Клава, дай вдуть.

Она оторопела, вытаращила глаза, уронила

банные штуки, наконец вымолвила:-Генка, ты чего, сдурел, ты ж ещё маленький,

думать тебе об этом рано,

тем более заниматься ЭТИМ, взрослые-то далеко не все ЭТО могут?

Откуда такие слова знаешь?

— Не только знаю, но и умею уже полгода. — И как же так? — А тётя Дуня обучила, дальняя родня.

— Уж не Мокрова ли? — Она.

— Вот б.ядина, здесь в нашем селе половину мужиков охмурила, то-то вижу,

уже год как не появляется,

а она оказывается мальцов обучает.Но мне ЭТОГО не надо,

двадцать лет как мужа схоронила,

не спала больше с мужиками, нечего и начинать.Впрочем, можешь мне

сгодится, пойдём в баню, спинку мне потрёшь.И не воображай чего,

начнёшь лапать, банным веником отхлестаю

и голым выставлю.

— Тётя Клава, вот те крест, и близко не подойду и пальцем не трону, прости

за плохие слова, не подумавши, ляпнул.

Помылись, обходим друг друга, даже не смотрим друг на друга.

Но тут она как-то нагнулась и её пышная

распаренная розовая попа оказалась рядом с моими причандаплами.

Писун среагировал мгновенно,

щёлк и вот уже торчит, гад, колом, но я успел отвернуться

и спрятать его, но залупа всё же

успела чиркнуть по распаренным ягодицам.Думаю, пронесло, не заметила.

Куда там, заметила, но не стала искать веник, чтоб меня отхлестать,

лёгкого касания залупы по ягодицам оказалось достаточно

чтобы она потеряла контроль, опустилась на колени— на локти

и дрожащим голосом попросила:

— Геночка, мальчик мой, теперь потри мне спинку.

— Но мне почему-то послышалось: милый, отЪ.би меня.

Каждый слышит, что хочет.И я с размаху

засадил ей до упора.Она протяжно охнула, ойкнула и замерла.

А я обхватил её сзади руками,

ухватил за сиськи, мало ли что, — начнёт вырываться.

Но она лишь тихонько причитала:

что ты со мной делаешь, обещал же не трогать, не губи, прекрати, пожалей,

а я от этих слов сильннее

возбуждался и дрючил её, только яйца стучали.Она застонала,

потом заорала, но я уже знал,

что это означает.Сели на мокрую банную скамейку и она ударилась

в воспоминания.

— рано ты возмужал, но и я в такие годы честь потеряла.

Уже титьки появились,

на кунке пушок, выглядела не по годам рано созревшей и уже подумывала,

кто же сорвёт эту спелую вишенку.

Как-то купалась в укромном местечке на речке Тёша.Никого.И тут на тебе,

конюх дядя Вася коня привёл купать, мужик он тихий, живёт один,

с нашими разведёнками в шашнях не замечен, видно бабами не интересуется,

чего его боятся, уж точно не ему достанется моё сокровище.

Он на меня взглянул равнодушно и говорит:-слышь, красотка, приходи завтра на конюшню,

на коне покатаю.Я зарделась и прям выросла, никто так меня не называл, может ему виднее.

Пришла: дядь Вась, на каком будем кататься? (Он в лёгких шароварах, белая рубашка

расстёгнута, грудь волосатая, я залюбовалась и не старый оказывается)

А он швырь меня на копну сена.

— Дядь Вась, ты чего? — Не спеши, красавица ты моя, сначала проведём подготовку, иначе конь

тебя сбросит.Деловито задрал мой новый сарафан, — трусы снимай. — Дядь Вась, в трусах нельзя

что ли на коня? — Нельзя, нельзя, ножки раздвинь. Трусы сняла, ноги раздвинула,

мелькнула мысль, как бы он не сделал чего с моей кункой. Да нет, не сделает,

у него даже ширинки нет.

А он немного опустил шаровары и вывалился

здоровенный писун, залупа красная и уже тычет его в моё сокровище. — Дядь Вась, я этого

боюсь, девочки говорили, будет больно.Не бойся, красавица, не дёргайся, а я осторожно.

— Неужели такой большой там поместится, не успела подумать, а он уже весь там и по всему

телу истома и начал он туда-сюда-обратно, а я начала его царапать и кусать, а он

и не замечает.Потом уж надела трусы, отряхнула сарафан от сена и бежать.

На другой день, прихожу на конюшню, тянет меня туда:-дядь Вась, подготовку я прошла,

давай катай. — Нет ещё, нужен второй урок, снимай трусы. — Чего снимать-то, я и не надевала,

ты же сказал, нельзя на коня в трусах. — Тогда стань на четвереньки.Стала, юбку задрал, воткнул

в мой зад свою залупу и опять всё повторил, я уже не боялась и было очень приятно.

Закончили:-Я пошла, говорю, — Не торопись ты, погуляй по конюшне,

лошадок погладь, вон они как на тебя смотрят уважительно.Погуляла, подошла вплотную и

что-то на меня нашло, одной рукой погладила дядю по щеке, впилась в губы,

а другую сунула под резинку

шаровар и ухватила его писун, он мгновенно напрягся, стал твёрдый и вылетел из шаровар,

я падаю на сено и тащу за собой милого за писун и сама вставляю его в моё сокровище,

так мне хотелось скорее повторить.Поняла я, что значит покатаю на коне, все мужики вруны.

А может не все?

Прошли годы, вышла замуж, муж помер и вот отдалась юныму постояльцу.

Я не слушал и спросил: а можно тебя лицом к лицу? — Да ты, милёнок, всё прослушал, у меня

такая же манда, как у Дуньки, а зачем тебе, у тебя же висит, а — поняла, хочешь, но не можешь.

Но это поправимо, ты же месяц говел, значит накопил силёнок, теперь назвался груздем, будешь

еб.ть меня пока всё, а потом ешё три раза.Она поиграла с моим заснувшим писуном и он ожил,

она, не мешкая, улеглась на спину и приняла классическую позу.Увидев такую красоту,

кто б устоял.Вернулись в избу, легли вечером на разных кроватях, она быстро заснула,

а я ворочаюсь, что такое, опять встал.На цыпочках к её кровати и шмыг под одеяло.Прильнул

губами к её губам, потискал титьки, постукал залупой по ляжкам и лобку, мол, впусти, очень надо,

спит, но вот ножки раздвинулись, согнулись, прижались к животу, даже во сне знают, что делать.

Поимел сонную, не подмахивала, но очень призывно постанывала и что-то, бормотала:

а кто это там меня еб.т, я же сплю, перестань, ой нет продолжай, поглубже вводи, недоёбыв.ешь,

пореже, теперь ускоряй, ну закачивай, я уже; вроде спала, наяву так подсказывать стеснялась,

а может притворялась.

Вернулся на свою кровать, пора засыпать, а тут она: шлёп-шлёп и в своей короткой ночнушке,

титьки вывалились, шмыг ко мне под одеяло; целовать, ласкать не стала, сняла мои трусы и уселась

на меня, и стала своей лохматкой тереться о мои причандалы и имитировать подмахивание.

У меня не встал, но она кончила, а я нет.Ну и дела, все дамы так умеют или она всё же б… ина?

А мне без разницы, кунка у неё тесная, отдаётся класно, подмахивает с умом, попусту не частит,

в баню приглашает, чего ещё нужно бедному школяру.

Эпилог

После пятого я уехал в город Кулебаки, где закончил семилетку

и больше никогда не бывал на реке Тёша в Личадееве.

Генка закончил в Личадееве десятилетку, жил у тёти Клавы, поёбыв.л её всё ленивее

всё реже, в десятом уже только раз, в субботу, в бане.Закончив десятый оказался

в городе Красноярске, встретился там с моим братом Сергеем.Дальше следы его

затерялись.А тёте Клаве стукнуло 45, в самом соку, только разохотилась в плане интима.

Присматривается к школярам, кого бы пустить на постой.

А я жалею, что отказался поступать в школу интима к тёте Дуне, и мне потом пришлось

учиться интиму всю жизнь, но так и остался дураком.

ИЗ СЕТИ ….АВТОР НЕИЗВЕСТЕН..
Эта история произошла со мной прошлой зимою, когда я оставался на ночь у своей любимой тётушки Ольги Михайловны. Тётя меня очень любила и всегда расхваливала меня всем своим знакомым и подругам (хотя я был уверен, что большей части из них на меня было абсолютно наплевать). Как всегда, когда я приходил к ней, мы очень дружно наливали чай и пили его с конфетами и вареньем у неё на кухне, находя тему почти всегда как-то связанную со мной. Мне это очень нравилось, и должен сказать, что ей я обязан решением очень многих моих проблем. Ей 35 лет, но, несмотря на столь почтенный возраст (да простят меня женщины), она сохранила себя весьма недурно, разве что немного потолстела, и у неё начинал появляться второй подбородок. Но из-за того, что я безумно любил свою тётю, даже в этом я видел свои красивые стороны. Она походила на тех пышногрудых русских красавиц, которые были в моде во времена Чехова, и чем-то напоминала мне Данаю, томно разлёгшуюся на своей опочивальне. Муж её умер очень давно — попал под машину в пьяном виде, и теперь она жила со своей 14-летней дочкой в недурном месте города в трехкомнатной квартире. Работает она поваром… или поварихой (не знаю как правильно) в очень крутом ресторане и, как мне кажется, в деньгах нуждается не более чем все нормальные люди. В тот вечер я пришёл к ней очень поздно с дружеской вечеринки в очень плохом настроении, так как разругался со своей подружкой, которую любил, или хотел думать, что любил до беспамятства. Как всегда я был принят с очень большой радостью и широкой улыбкой на её умном лице. Она обняла меня и, поцеловав в обе щеки, провела в ванную комнату, где специально повесила для меня новое полотенце. Зайдя в ванную комнату, я увидел тот милый беспорядок, который бывает всякий раз, когда женщина, недавно закончив купаться, выходит вся розовая в одном халате на голое тело и начинает расчёсывать волосы, стоя перед зеркалом. Я понял, что застал тётю врасплох — повсюду в ванной я заметил признаки того, что мужчины в доме нет и некому строго сказать ей что-нибудь вроде «убери свои трусы со стола — это неприлично». Но я как-то не очень обращал на это внимание. Тётя как-никак, да она и не видела во мне зрелого мужчину (мне 22 года), а только сладкого мальчика, каким я, наверное, всегда останусь для неё. Я тихо мыл руки, как вдруг одна деталь особенно привлекла моё внимание: посередине ванной была поставлена маленькая табуретка, и на ней я увидел чёткий водяной отпечаток попки моей дорогой тётушки… Я покраснел, и мне стало вдруг неловко от мысли, что тётя может потом себя неприятно чувствовать, если обнаружит этот отпечаток. Я осторожно ладонью левой руки аккуратно стёр отпечаток, и в этот момент мне стало очень приятно, что я дотронулся своей рукой до того места, где, может быть каких-то 5-10 минут тому назад, сидела полненькая попочка моей тёти. Обернувшись, я увидел трусики, которые она должно быть только что постирала и повесила сушиться. Рядом висел очень красивый и элегантный лифчик, который нагло уставился на меня своими выпуклыми глазами. Из оцепенения меня вывел голос тёти, который, как гром среди ясного неба, произнёс фразу, до сих пор сверлящую мой мозг: «Противный ребёнок, смеёшься над своей старой тёткой?» Я, наверное, покраснел, как стая помидоров… Я начал судорожно соображать что ответить, но ничего умнее чем: «ты не старая, тёть Оль», придумать не мог. Она, не глядя мне в лицо, зашла в ванную и начала быстро убираться в ней. Я поспешил выйти и постарался придать своей физиономии цвет максимально приближенный к телесному. Вскоре тётя пришла на кухню и поинтересовалась, не голоден ли я. Я ответил, что не очень, но если что-нибудь есть, то не откажусь. Тётя открыла холодильник и провозгласила: «Есть холодные сосиски. Будешь?» При этом слово «сосиски» у неё вышло как «сосиськи». Чувствовалось, что она ещё чувствует некоторую неловкость, стараясь замаскировать её под свой равнодушный тон о еде. Я это чувствовал и ещё больше смущался. Я ещё раз сказал, что не откажусь и начал ждать. Тётя села напротив меня, но не за стол, а в угол кухни, скрестив на груди руки и вытянув ноги в открытых тапках в мою сторону. Мне почему-то вспомнилась табуретка с отпечатком её попы… Я тщетно пытался вернуть разговор в свою обычную колею, но у меня ничего не получалось, и мысли о табуретке как психоз преследовали меня всё время. Она расспрашивала меня о сегодняшней вечеринке с большим интересом, и я мало помалу рассказал ей и о своей подружке и о своём паршивом настроении. Я говорил и говорил, временами вспоминал то её лифчик, нагло висевший посреди ванной, то смотрел на её пальчики на ногах, очень мило смотревших на меня из открытых тапок… Как и всегда, она давала очень правильные советы, но почему-то я не находил покоя ни в её словах, ни в тоне, которым она их произносила. Мне захотелось чаю, и я попросил каких-нибудь конфет, тётя ласково назвала меня неисправимым сладкоежкой и, достав из шкафа коробку конфет (которая, по-моему, обладала способностью регенерировать себя), положила её на стол. Я обожал эти конфеты, но сейчас мне почему-то было не до них. Я не понимал, что со мной. Тётя налила чай, поставила его на поднос вместе с салфетками и дольками лимона и поднесла его ко мне. Когда она медленно и очень осторожно ставила поднос с горячим чаем, воротник её халата нечаянно распахнулся, и наружу чуть не выскочила непослушная левая грудь тёти. Это длилось всего лишь мгновение, но этого было достаточно, что бы я понял, что со мной, и чего алчет душа, оставшаяся без девушки. Я испугался своих чувств, — ведь это была моя тётя!!! Я не знал, что с собой поделать. Очень часто в детстве она водила меня в туалет и даже держала мою маленькую письку в руках, стараясь сделать так, что бы я пописал. Наконец, десятки раз она мыла меня в ванной и тёрла мылом мои самые чувствительные места, но никогда я не чувствовал так сильно, что моя тётя — Красивая Женщина… В мою безумную голову начали лезть всякие мысли о сексе, но я тщетно старался гнать их от себя. Наконец, я решил развеяться и выйти на балкон, так сказать, остудиться. Но тут совсем себя опозорил и был готов провалиться сквозь паркет! Когда я поднимался из-за стола, тётя встала вместе со мной и протянула руку, чтобы убрать со стола мою вилку. В этот момент мой разгорячённый член, доселе прижатый брюками к ногам, выскочил бугром на брюках и сильно упёрся прямо в руку моей родной тёти. Меня точно кипятком ошпарили. Мне было очень стыдно, даже желание почти пропало. На лицо с радостью вернулся цвет спелых помидоров, и волосы на руках встали дыбом. Тётя, немного помолчав, села обратно и, опустив голову, стала одной рукой разглаживать на себе передник, а в другой продолжала держать чашку с допитым чаем (или просто пустую чашку). Я выдавил из себя циничный смешок и произнёс что-то, что должно было означать: «по-моему, я заболел». Тётя подняла голову и, серьёзно посмотрев на меня, сказала: «По-моему, тебе очень одиноко без твоей девушки… Ложись-ка спать, милый, завтра помиритесь». Такого такта от тёти я не ожидал. Я думал, что сейчас будет большой скандал, который положит конец всем конфетам и чаям навсегда, но … Я лёг в свежую, прохладную постель в страшном смятении духа. У меня из головы не выходили лифчик тёти, её чуть не вывалившаяся грудь, пальчики на ногах. Я лежал и размышлял, о своих неведомых мне до сих пор чувствах, где-то около часа. Я понял, что должен освободить себя от переполнявшей меня спермы, иначе я сойду с ума. Но только я притронулся к своему горячему стволу, как мне показалось, что я слышу где-то всхлипывания! Я, в одних трусах, привстал с постели и, прислушавшись, с ужасом обнаружил, что плач доносится из комнаты моей тётушки. Я никогда не слышал, как плачет моя тётя, и поэтому я совсем потерял голову от жалости к ней. «Может у неё что-нибудь болит??? Может у неё какая-нибудь неизлечимая болезнь?!» — в ужасе думал я. Я сам не заметил, как очутился у двери в комнату тёти. Плач перешёл в горькие рыдания, которые тщетно подавлялись ею. Я в полном смятении чувств, в одних трусах, как полный кретин подбежал к своей любимой тётушке и сжал её руку в своей. «Что с тобой тётя??? Что случилось, родная моя???» Она страшно испугалась, увидев меня, и мне её от этого стало ещё жальче. Она вырвала свою руку и закрыла лицо руками, теперь уже бесшумно подёргивая плечами, и я видел, как крупные слёзы скатывались с её щёк, падая на мои руки, какие они были тёплые. Только сейчас я заметил, что она была в том самом лифчике, который, как мне показалось, ласково подмигнул мне, и одеяло было небрежно накинуто на её сложенные по-турецки ноги. Мои глаза впились в её лифчик, я мог разглядеть форму и цвет её сосков, которые теперь подёргивались с каждым её всхлипом. Недавние желания взыграли во мне, и я еле удержал себя от того, чтобы не схватить эту толстую сиську и начать мять её, как бешеный. Я чувствовал, как заворочался мой пенис. Я говорил какие-то слова утешения, что-то объяснял, но тётя всё рыдала и рыдала. Я стал пугать её, что дочка сейчас услышит и испугается, но она не обратила на это никакого внимания, продолжая плакать и дрожать всем телом. «Да что случилось тётя?», — чуть ли не завопил, наконец, я. Она повернула ко мне своё заплаканное красивое лицо (таким обольстительным я его ещё никогда не видел) и, полу задыхаясь, начала говорить мне что-то, что я не совсем понял, но суть сводилась к следующему: «Я старая никому не нужная баба, все меня бросили, муж никогда не любил, а только трахал и после спать заваливался. Всех подруг потеряла потому, что те завидовали и думали, что у меня самая счастливая семья… Если бы мне было 16 лет…» и т. д. и т. п. Мне стало невыносимо жаль тётю, и я подсел к ней поближе, при этом одеяло с её ног сползло, и я увидел её большие, красивые, сильные ноги и почему-то почувствовал сильную злобу к портрету её мужа, висевшему на кухне. Я, как бы невзначай, положил руку ей на ляжку и начал гладить её волосы, шепча ей, что она ошибается. Никакая она не старая, а очень даже красивая, и что лично я предпочёл бы себе именно такую спутницу жизни, как она, что очень её люблю и никогда не брошу, что у меня тоже нет настоящих друзей. Я говорил, что я тоже одинок в этом мире, где никому нельзя доверять и ещё что-то в этом роде, закончил совсем уж тем чего от себя никогда бы не ожидал… Я сказал: «Тёть Оль, Я тебя очень сильно люблю». Она посмотрела на меня и, наверное, всё поняла. Мне было очень жаль мою любимую тётю, и я был готов на всё ради неё, она была единственный человек в моей жизни, кого я по-настоящему мог назвать Другом, и я решился на отчаянный шаг. Я отвёл её влажные руки от заплаканного лица и, приблизив своё лицо к её губам, поцеловал их, покусывая нежно сначала верхнюю, а потом и нижнюю губу. Она остолбенела, а я испугался, я думал, что она меня сейчас ударит, обзовёт сукиным сыном и выгонит из дома. Но она жалобно посмотрела на меня и сказала: «Подачка …да?» И тут началось… На меня нахлынуло такое желание, что я весь задрожал и 15 секунд только унимал эту дрожь. Я взял её лицо в свои руки и прошептал ей тихо: «Я люблю тебя, Тётя, всем сердцем, слышишь, да я за тебя жизнь отдам, родная…» Тут я присосался к её губам, одной рукой гладя её спину, а другой, гладя ляжку у самой промежности. Наконец, я осмелел и быстрым движением руки просунул руку ей под трусы. Какое это было наслаждение! Я начал теребить начинавший набухать бугорочек и половые губки, нежно оттягивая их. Я трогал её попку и тихонько засовывал ей во влагалище средний палец. Я чувствовал, как учащённо бьётся её сердце, и как прерывисто она дышит, видимо, отдавшись на волю чувств. Для неё это было так же неожиданно, как и для меня. Я смял и выкинул прочь одело и судорожно начал расстёгивать её лифчик. О, я сорвал его, и моему взору предстала такая обалденно красивая и вместе с тем милая грудь, с большими, красивыми толстыми, алыми сосками, о каких я не мог мечтать даже в самых безумных снах. Я оторопел и, вдруг, припал губами к её соску, нежно покусывая его. Другой рукой я начал мять её правую сиську, заставляя её сосок набухать и встать торчком. Мои трусы давно оттопырились и начали раздражать меня, а я настолько забылся, что не понимал, что же мне мешает такое. Но, к счастью, моя родная тётя сама догадалась нежно стянуть с меня трусы и, взяв меня правой рукой за зад, притянула к себе. Я чувствовал, как борется она со своим желанием, но посмотрев на себя, на свои торчащие соски и влажное пульсирующие влагалище поняла, что глупо сопротивляться такому океану желания и счастья охватившем нас с ней. Она начала целовать мои ноги и, вдруг, схватила мой пенис так, как никто этого ещё не делал. Она распустила волосы, и я увидел свой пенис на фоне такого знакомого родного мне с детства лица, и от этого он стал ещё больше, я стал мять его руками чтобы покайфовать от того, что я могу трогать свой член перед тётей, а она на это будет смотреть! Но тут она убрала мою руку от пениса и опустилась свои губы так близко к головке, что этого было бы достаточно, чтобы кончить. Тётя посмотрела на меня, придвинувшись ко мне, поцеловала меня безумно в губы, засовывая язык мне в рот и, опустившись, взяла в рот мой яростный пенис. О! Дьявол!!! Я думал, что прямо сейчас кончу ей в рот, но она, немного пососав, начала нежно мастурбировать его, поминутно целуя его и яички. Она чмокала и засасывала его, и эти чавкающие звуки возбуждали во мне ещё большего зверя. Я испытывал то, о чём никогда даже и не думал всерьёз — ну минет, ну и дальше что? А тут было волшебство, которое унесло меня в сказку, из которой я не хотел возвращаться. Моя тётя сосала мой пенис, засовывая его глубоко в рот и бешено вращая языком. Казалось, хотела высосать из меня всю сперму, бушующую во мне. Но когда я уже чувствовал, что ещё секунда, и я оболью всё её лицо и губы, она вытащила его изо рта и легла на спину, очень эффектно раздвинув свои красивые ноги. Я привстал и стал мять маленькие сладкие пальчики на её ножках, поминутно засовывая их в рот и облизывая. Она стонала и просила ещё. Затем я опустил своё лицо на её промежность и засунул язык как можно дальше ей во влагалище. Она начала постанывать, совершенно забыв о том, что в доме мы не одни. Я лизал её промежность, и сама мысль о том, что ещё недавно мы пили чай и были просто тётей с племянником, и через каких-нибудь три часа я уже сосал её клитор, а она ёрзала навстречу моему языку, доводила меня до беспамятства. Никогда я не испытывал ничего подобного ни с одной девушкой. Затем я залез на неё и всунул мой бешеный член ей во влагалище, она простонала и, всхлипывая, прошептала: «Тихо, осторожно, пожалуйста, осторожно», — но куда там «осторожно», я был вне себя, я ворвался в неё, как зверь, и уже начал её трахать так, что кровать визжала и тряслась, а она лежала с поднятыми ногами, и груди её тряслись, и это меня ещё больше возбуждало. Я трогал её за попу, мял её сиськи, целовал её в губы, и мне казалось, что я до этой ночи был абсолютным девственником. Я схватил её за волосы и начал насаживать, входить в неё всё глубже и глубже, она прикусила нижнюю губу от кайфа, и это у неё получилось так мило, что я захотел вот в таком виде выбросить ей килограмма два три спермы в живот. Вдруг она как-то особенно сильно сжала меня, засосала мои губы и начала судорожно содрогаться в конвульсиях долгожданного оргазма. Тут я совсем озверел. Я быстро вытащил свой мокрый пенис из своей тётушки, быстро лёг на спину и притянул её лицо к своему горячему готовому взорваться члену, она окунула его в свой рот, и я почувствовал, как я выстреливаю ей в горло целой кучей спермы… Она вытащила его изо рта и начала кончиком языка лизать головку, и от этого очень скоро всё её милое сладкое личико было в густых белых подтёках спермы. Она улыбалась и гладила мои ноги, а я теребил её грудь и, наконец, мы оба в изнеможении откинулись на кровать, держась за руки и, стесняясь посмотреть в глаза друг другу. Наконец, мы повернулись и посмотрели друг другу в лицо. Она улыбнулась и положила своё лицо мне на грудь, а ногу положила мне на живот. Я не помню, как заснул. Но помню, что я осознал, что с этого момента мне открылись врата земного рая, о существовании которого я даже не подозревал. А та девчонка, с которой мы поссорились, на следующее утро позвонила. Такая вся из себя, с претензиями! Я очень долго смеялся.

Статья КоАП РФ

Потребовать от нарушителя соблюдения санитарных норм, наказать его силами органов Роспотребнадзора можно по статьям федерального КоАП 6.4, 6.3.

Согласно статье КоАП 23.13, уровень должны определять органы Роспотребнадзора, они же составляют протокол о выявленном нарушении.

Под статью КоАП 20.1 подобные действия подвести нельзя, поскольку данная статья содержит исчерпывающий список того, что является мелким хулиганством.

К сожалению, КоАП иным образом не регулирует вопросы защиты граждан РФ на покой и тишину. В российском законодательстве они отнесены к ведению субъектов.

Статья КоАП РФ 6.3. Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения

Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, — влечет предупреждение или наложение административного штрафа на граждан в размере от ста до пятисот рублей; на должностных лиц — от пятисот до одной тысячи рублей; на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, — от пятисот до одной тысячи рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток; на юридических лиц — от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

Какие часы тишины по закону? Согласно СанПиН (и в Москве) это промежуток 23.00 — 7.00, но в регионах вечерний предел сдвигается иногда до 22.00, утренний – до 8.00.

В этом случае вопрос решается вызовом полиции с составлением протокола.

Степень нарушения прав граждан при этом определяется субъективно вызванными по факту нарушения полицейскими, по показаниям свидетелей; специальных замеров для этого не требуется. Средства от взысканных штрафов идут в местные бюджеты.

При проведении ремонтных работ днем

Законы столицы и МО о покое и тишине граждан к числу шумных работ при ремонтах квартир относят крепление фанеры на полу, штрабление, устройство или демонтаж каркаса ГКЛ.

Шум возникает также при сломе перегородок, прокладывании борозд в стенах для разного рода кабелей, работах по креплению подвесного потолка.

В дневное время помешать проведению соседями ремонтных работ значительно сложнее, поскольку не все субъекты рассматривают данный факт как правонарушение. Это можно сделать, ссылаясь на СанПиН 2.1.2.2645-10, СН 2.1.8.562-96.

Статья 17 Конституции РФ утверждает, что права граждан не могут использоваться в ущерб правам других граждан. Федеральный закон о тишине в России № 52 30.03.1999 требует соблюдать в жилых помещениях сан. нормы, привлекать нарушающих их лиц к служебной, административной, уголовной ответственности.

Постановление № 26 Федерального Правительства 21.01.2006 требует того же от жильцов, проживающих по договорам соц. найма. Также можно в данном случае опираться на статьи 17, 30 ЖК, определение №88-АПК 12-1 ВС РФ 21.03.2012.

В частном секторе (дачном участке)

Есть ли отдельный закон о соблюдении тишины в жилых домах? Для жителей частного сектора, дачных кооперативов установлены те же правила соблюдения тишины, что и для жильцов многоквартирного дома.

Если соседи нарушают ваши права ночью — вызывайте полицию, днем – обращайтесь в органы Роспотребнадзора.

В обеденное время, в выходные

Также установлен закон о нарушении тишины в дневное время. Закон МО о нарушение тишины дополнительно устанавливает «тихий час» ежедневно 13.00-15.00, в будни 21.00-8.00, в воскресенье и субботу 22.00-8.00.

Работы по переустройству квартир в выходные дни запрещаются круглосуточно. Нарушение тишины при ремонтах, а также путем громкого включения звукоусиливающих устройств в это время в области с марта 2014 года — нарушение общественного порядка.

В 2015 году ожидается принятие подобного пункта закона и в Москве.

Надо вызвать полицию, поучаствовать самому и привлечь других соседей для свидетельских показаний при составлении протокола.

Если полицейский отказывается его составлять, попросите его письменно объяснить вам причину отказа.

Требуйте фиксации каждого такого вызова в дежурной части.

Если сосед упорствует в пренебрежении вашим правом на тишину, надо добиться вызова его в административную комиссию. Пишем заявления в суд, в прокуратуру.

Какое наказание за нарушение тишины в ночное время? В ночное время при нарушении тишины надо вызвать полицию.

Ее сотрудники составят протокол, на основании которого виновника привлекут к ответственности с наложением штрафа за нарушение тишины в ночное время.

Заявление пишется участковому полицейскому в свободной форме. Непременно надо отметить неоднократность нарушений тишины, принятые меры, случаи вызова полиции.

Очень эффективно под вашим заявлением поставить подписи и других соседей.

Примерно такие мысли мелькали в голове у Ольги, когда она блаженно растянувшись в шезлонге, подставляла свое тело жарким июльским солнечным лучам. Она уже третий день гостила на даче у своей сестры Лены, которая узнав о ее неудавшемся отпуске в Египте, любезно пригласила ее к себе. Олин же муж, имевший неосторожность потерять так долго заготавливаемые путевки, был сослан на исправительные сельскохозяйственные работы на дачу и сейчас вместо пляжного песка топтал грядки с картошкой, радуясь в душе что еще так легко отделался… Ольга же твердо решив хоть в это лето нормально отдохнуть, охотно составила компанию сестре и ее сыну Алексею.
Погода, по счастью, выдалась отличная. Весь сезонный запас дождей вылился, похоже еще в мае и сейчас июль радовал теплом и солнцем. В поселке где у Лены была дача, было просто не протолкнуться – все спешили вырваться наконец из душного, раскаленного города на природу. Оля с ужасом представила что бы было если бы ей по старинке пришлось добираться на электричке – просто ужас! Слава богу что была машина и тем более слава что в ней был кондиционер, иначе она бы просто не дожила бы до счастливой минуты…
Пляж у речки, куда они все вместе ходили, кишел людьми как муравейник, каждый стремился урвать свою порцию воды и света, то тут то там дымили мангалами многочисленные закусочные, призывавшие отдыхающих наплевать на фигуру и получить добрую дозу холестерина, сдобренного еще более внушительной дозой алкоголя сомнительного происхождения… Короче — дачный сезон был в самом разгаре.
Успев за предыдущие пару дней нагуляться и вволю наплаваться, Ольга решила устроить себе в этот день пассивный отдых, полностью посвятив себя валянию на солнышке и почитыванию книги своего любимого Чейза. И вот устроившись в шезлонге поудобнее она уже несколько часов подставляла тело под ласковые лучи летнего солнца. А тело у нее было, несмотря на ее 37 лет, еще очень даже ничего… Видимо сказывались систематические занятия плаванием и походы в спортзал, но мужики на улице оборачивались ей вслед так же как и двадцать лет назад. Возраст лишь придал ей определенного шарма, который бывает только у взрослых женщин, повидавших жизнь и знающих себе цену. Во всяком случае мужским вниманием Оля была не обделена, хотя и старалась этим не злоупотреблять. За все 18 лет совместной жизни позволила себе лишь 4 скоротечных романа на стороне, что для женщины с ее данными было просто подвигом.
Ленивые размышления вдруг прервала мелодичная трель, доносившаяся откуда то с веранды.
— Лен! Подойди, кажись мобила твоя пиликает! -, крикнула Ольга сестре, поливающей клумбу с цветами.
— Сейчас иду! Черт бы их побрал, кому я там еще понадобилась! -, недовольно отозвалась та и побежала в дом.
Несколько минут оттуда доносились невнятные слова, с весьма впрочем, недовольной интонацией, вслед за чем на крыльце появилась Лена с кислой миной на лице.
— Вот козлы! -, зло сплюнула она себе под ноги, -Ну надо же было чтобы эти клюшки с моего отдела так некстати и все разом заболели! Вот мля… Теперь переться на работу надо, одна я в отделе осталась…
— Надолго? -, огорченно спросила Оля.
— Да хрен его знает! Как получиться… Может на пару дней, а может и на месяц. Не знаю я…
— Фигово…
— Да уж… Засада. Ты присмотри за домом и Лешей пока я обстановку не выясню, хорошо? Я тебе потом на мобилу звякну как что проясниться.
— Да не вопрос! -, кивнула Оля ,- возвращайся скорее, пока погода еще стоит – буду ждать! Ты звони, я на связи всегда.
И Лена недовольно чертыхаясь про себя пошла переодеваться. Собирать назад уже разворошенные сумки она не стала, лишь кинула по быстрому на заднее сиденье самое необходимое и попрощавшись еще раз с сыном и Олей скрылась в клубах дорожной пыли, поднятой ее «гольфом».
Проводив сестру, Ольга вернулась в дом.
— Леша! Ты обедать когда будешь? ,- крикнула она племяннику из окна.
— Да рано еще теть Оль! Часам к трем наверное… ,- отозвался тот.
«Ну и ладненько» ,- подумала она , — «пойду тогда еще позагораю немножко, времени еще вагон…». И переодевшись в свой новый купальник, Оля пошла к насиженному месту, прихватив из холодильника бутылочку «спрайта».
Леша встретил появление тети в новом купальнике с неподдельным интересом. Она давно уже ему нравилась и была главной героиней его юношеских мечтаний, а теперь увидев ее одетой лишь в две узенькие полосочки ткани и покрытой ровным слоем загара, он вообще сходил с ума. В свои 16 лет природа уже вовсю давала свое, но особое внимание он уделял не сверстницам, которых поголовно считал хоть красивыми, но дурами, а женщинам намного старше себя. Его манила их зрелая красота и опыт, он готов был все отдать, лишь бы оказаться в постели с одной из них. А тетя Оля… Она была для него пределом мечтаний. Тысячи раз, в своих фантазиях, он трахал ее, тысячи раз он мастурбировал думая о ней и от одной мысли об этой женщине член наливался силой и рвался наружу…
Такое внимание, конечно, не могло ускользнуть от наметанного глаза объекта Лешиных желаний. Оля уже давно с интересом поглядывала как этот мальчишка заводился от одного его присутствия. А теперь разморенная жарким солнцем и настроенная на фривольный лад, она решила немножко поиграть с ним.
Улегшись поудобнее, чтобы он мог хорошо ее видеть, она приняла расслабленную позу и чтобы раззадорить его эротично провела пальчиками по своим бедрам, животику, потом чуть помяла груди и издала такой протяжный вздох, что рука Леши невольно потянулась к набухшим плавкам. Оля краем глаза заметила это, встала и походкой фотомодели продефилировала мимо него к веранде, где оттопырив попку стала неспешно копаться в своей сумочке. От лицезрения Олиных ягодиц Леша стал тихо сходить с ума и чтобы не кончить прямо тут, стал поглаживать колом стоящий член, пока тетя его не видит.
Оля же насладившись произведенным эффектом, так же покачивая бедрами, вернулась на место и сладко потянувшись позвала:
— Леша! Можно тебя на секундочку?
Он вздрогнул и отдернув руку от плавок отозвался:
— Да конечно теть Оль! Сейчас! ,- и раздираемый уймой противоречивых чувств подошел к ней.
— Леш, можно тебя попросить об услуге? Ты не мог бы натереть мне спину кремом от загара, а то мне неудобно? ,- с невинным выражением лица спросила она , Если тебе конечно не трудно… ,- добавила она с ангельской улыбкой.
У парня от такого предложения просто перехватило дыхание. Он и так все время искал случая чтобы хоть мельком прикоснуться к объекту своих вожделений, а тут она лежит перед ним почти голая и сама ему это предлагает!
— Конечно теть Оль! ,- хриплым от волнения голосом выдавил из себя он ,- сделаю как пожелаете…
— Спасибо Лешенька! ,- одарила его улыбкой Ольга ,- Держи крем и втирай его равномерно в спину, от плеч и ниже…
Оля перевернулась на спину, а парень дрожащими руками выдавил немножко крема и начал массировать ей плечи, ликуя в душе от восторга. Его руки ласково гуляли по ее шейке, плечам, спине. Лаская упругую загорелую кожу Леша мысленно представлял себя с ней… Как раздвигает ее ножки, как входит в нее… Как сладко она будет стонать когда он всадит в нее свой горячий от перевозбуждения поршень…
Из сладостных раздумий его вывел тетин голос.
— Лешенька, тебе тесемка не мешает? Может лучше я сниму его чтобы тебе было удобнее?
И не успел он опомниться как Оля уже избавилась от лифчика и лежала перед ним в одних трусиках. Несмотря на то что лежала она на животе, Леша успел мельком увидеть ее прекрасные груди и обалдел от такого зрелища. Ольга же как ни в чем не бывало вытянулась под его руками и лишь тихонько, по кошачьи, мурлыкала, чем приводила его в неописуемый восторг и замешательство.
Руки парня гладили ее спину не пропуская ни одного миллиметра и спускались постепенно все ниже. Дойдя до поясницы, он в нерешительности остановился, не зная можно ли продолжать дальше, но Ольгин голос развеял его сомнения.
— Лешенька, ну что же ты остановился? Продолжай, мне нравиться как ты это делаешь!
Окрыленный этими словами, он продолжил и его руки коснулись упругих Олиных ягодиц. Массируя их он понял что больше не выдержит, он чувствовал как накатывает на него горячая волна и разум отказывался его слушать. Чтобы хоть как то ослабить эту боль в паху, Леша теряя остатки рассудка, прижался топорщащимся бугорком к тетиному бедру. Это было последней каплей, переполнившей хрупкую чашу равновесия и он не в силах больше сдерживаться бурно кончил прямо в плавки.
Ольга почувствовала на своем бедре липкое горячее пятно и обернулась. Леша не зная куда себя девать от стыда, попытался было убежать, но тетя крепко схватила его за руку.
— Ах ты мой мальчик! Ну зачем же ты все это время терпел? Я бы могла все это сделать гораздо приятнее…
И привстав с шезлонга, Оля притянула мальчика к себе. Тот не знал что и сказать, колени дрожали, глаза уткнулись в землю, а на плавках расплывалось недвусмысленное пятно. Ольга властно посадила его рядом с собой, обняла за плечи и не успел тот опомниться, как она уже стянул с него трусы.
— Не смущайся Лешенька, я все понимаю. Я же вижу как ты на меня смотришь! , Оля ласково гладила мальчика по волосам ,- Да и ты мне тоже очень нравишься, так почему бы нам не сделать друг другу приятное?
Он слушал тетю и не мог поверить что это не сон, а она тем временем запустила руку ему между ног и нащупала его достоинство. Пах парня был весь в сперме от недавнего извержения, но это ее не смутило. Оля взяла член в руку и стала нежно массировать, перекатывать яички, оттягивать кожицу на головке… Член стал набухать под этой лаской и Ольга видя это опустилась перед Лешей на колени.
Он сидел боясь шелохнуться и не верил что это происходит в реальности. Сбывались его самые смелые мечты – его тетя стоит перед ним голая на коленях и делает ему минет! Голова просто шла кругом и парень просто боялся дышать, чтобы не спугнуть так неожиданно свалившееся на него счастье. Пальцы судорожно впились в край шезлонга, лишь с губ иногда срывались сладостные стоны, которых он просто не мог сдержать.
А Оля тем временем вовсю развлекалась с его достоинством. Ее язычок сначала чуть коснулся головки, потом прошелся по всей длине, до самых яичек, чуть покатал их и вернулся снова к головке. Губы нежно коснулись наливающейся силой залупы, поцеловали ее и вот она уже скрылась во рту. Играя язычком, Оля медленно вводила член себе в рот, стараясь не пропустить ни одной жилки на нем, облизывала набухшие вены, посасывала его словно вкусную конфету…
Леша постанывая положил руки тете на затылок и привлек ее голову к себе. Теперь член вошел в ее ротик на всю длину и Ольга начала равномерно его сосать, причмокивая и свободной рукой лаская яички. Леша не в силах сдерживаться взял тетю за волосы и стал грубо насаживать ее голову на свой хуй. Член с громким чмоканьем входил глубоко в ее горло, Оля давилась им и судорожно сглатывала, чем доставляла парню еще большее удовольствие. Хуй был весь в ее слюне и входил все быстрее… Леша с остервенением трахал свою тетю в рот, а та лишь глухо постанывала и сжимала руками его напрягшиеся бедра. Голова моталась словно у тряпичной куклы, движения становились все резче и грубее, и вот наконец горячая волна накрыла парня и он выстрелил ей в рот доброй порцией густой горячей спермы…
Ольга чуть не захлебнулась получив в рот такой фонтан. Она глотала его чтобы не подавиться, часть вытекала из ее губ и капала на грудь и живот, затекала между ног… Горячие ручейки, щекоча кожу побежали вниз по ее телу, задерживаясь на сосках стекали на бедра, затекали в трусики. Леша облегченно охнув отпустил Олины волосы и блаженно откинулся на спину. Ольга усевшись рядом тяжело переводила дух, размазывая рукой потеки спермы.
— Ох тетя! Вы были просто супер! Я даже и не знаю что сказать… ,- блаженно вымолвил парень.
— Ты умница! ,- улыбнувшись отвечала Ольга ,- Но мы еще не закончили. Теперь твоя очередь доставлять мне удовольствие.
Леша в готовности приподнялся. Оля стянула с себя трусики и легла перед ним на спинку, широко разведя ноги.
— Посмотрим на что способен твой язычок! Приступай, не стесняйся! ,-и она призывно улыбнулась.
Парень опустился на колени приблизил губы к ее жаркой, раскрывшейся ему навстречу щелке. Ольга положила руки ему на затылок и привлекла ближе. Леша коснулся губами ее расщелинки, лизнул ее языком, прошелся по трепещущим, словно лепестки розы, набухшим губкам. Язычок коснулся клитора и Оля сладко застонала, прижав голову мальчика к себе чуть сильнее. Он захватил клиторок губами и стал мягко массировать и посасывать его. Тетя задышала тяжелее, сдавленные стоны завели парня и он осмелев запустил язычок еще глубже в киску. Он лизал ее словно кот, дорвавшийся до миски с валерьянкой, рот его был полон пряной влаги. Тетя текла словно сучка, а он жадно глотал ее соки, не переставая лизать и сосать…
И вот сладкая судорога пронзила Олино тело. Словно электрический ток пробежал по ней и она, прижав голову мальчика плотно к себе, бурно кончила. Такого она не испытывала уже давно, еще никто и никогда не лизал ее с таким воодушевлением как ее 16 летний племянник. Оля извивалась и кричала так, словно это было в первый раз, волны оргазма одна за одной колотили ее тело исторгая из него все новые и новые стоны. Так продолжалось, наверное, несколько минут, пока она не насытилась и не отпустила голову мальчика. Он буквально упал к ее ногам, переводя дух, как она за десять минут до этого и слизывал с губ остатки ее соков.
— Ты просто чудо! ,- блаженно улыбнулась Ольга гладя мальчика по голове, — Но ведь это не все – правда? Я знаю, ты бы еще много чего хотел попробовать – так зачем же упускать момент?
Она помогла ему сесть рядом с собой и начала нежно гладить юное загорелое тело, играть с его уже начавшим напрягаться членом, чуть подрачивать его. Он тоже осмелев стал трогать тетю везде где раньше мечтал. Взял ее упругие, третьего размера, груди в ладони, разминал их, целовал заалевшие и отвердевшие от возбуждения сосочки. Гладил по животу, бедрам, раздвинув ноги трогал ее лоно, водил пальчиком по нежным лепесткам, проникал чуть глубже. Целовал ее послушные губы, на которых еще сохранился вкус его спермы, их языки сплелись воедино и чувствуя что снова готов в бой, Леша обнял тетю, завалил ее на спину и устроился сверху.
Ольга призывно улыбаясь раздвинула ноги и взяла его член в руку, помогая войти . И вот приятное тепло окутало юношеский хуй, когда пещерка его тети приняла его в себя. Оля положила руки ему на ягодицы и стала мягко задавать темп. Сначала член погружался мягко и медленно, смакуя каждый изгиб заветного лона, входя на всю длину и снова выходя. Пообвыкнувшись Леша задвигался быстрее, движения стали резче, перед глазами колыхались груди в такт толчкам, а с приоткрытых женских губ слетали сладостные стоны. Стоны лишь сильнее заводили раззадорившегося юношу и он позабыв про все взял максимальный темп. Звериное рычание срывалось с его губ, когда он позабыв обо всем жестко трахал свою тетю, которая уже со стонов перешла на крик. Ее тело било сладкой судорогой в такт ударам члена, Ольга уже потеряла счет оргазмам, они словно слились воедино превратившись в единый непрерывный поток удовольствия. Потеряв голову она стала остервенело подмахивать попкой и кричать:
— Еще Леша! Еще! Ещеееееее…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *